Общественная государственная подготовка
бным опытом, осветит различные положения оной
конкретными случаями, и притом именно случаями, а не рассуждениями».
Поэтому в обучении солдат Драгомиров первостепенную роль отводил офицерам.
«Иного пути, – отмечал педагог, – для достижения цели обучения в срок,
возможно кратчайший, нет и быть не может. Вести по этому пути может только
человек, искушенный служебным опытом, т.е. офицер во всяком случае, а унтер-
офицеры и учителя в этом деле будут только его помощниками, в свою очередь
получающими от него указания и им подготовленными».
Особое значение в военно-педагогической системе М.И. Драгомирова
придавалось принципу прочности усвоения. Этот принцип требует начинать
учить не многому, но много, то есть основательно. «Брать из преподаваемого
не все сплошь, – учил он, – а в порядке важности, начиная с того, без чего
солдат обойтись не может».
В интересах твердости усвоения знаний и навыков Драгомиров был
решительным противником всякого рода показухи и формализма. Он, например,
резко протестовал против существовавшей практики заблаговременного
назначения смотров, мотивируя это тем, что успех обучения определяется
работой на протяжении целого года, а не натаскиванием к определенному сроку
по тому или иному разделу обучения.
М.И. Драгомиров в тесной связи с принципами рассмотрел и методы
обучения. Необходимо, отмечал он, в обучении применять методику, которая
будит мысль, инициативу обучаемых, развивает у них самостоятельность и
уверенность в своих силах. Драгомиров рекомендовал на каждом занятии
сообщать обучаемым понемногу – одну–две мысли и тотчас же требовать
повторения, избегать книжных слов, не допускать повышения голоса на
обучаемых. «Пока учишь, – говорил он, – никогда не сердись...».
Рекомендовалось также солдат в работу втягивать исподволь, не надрывая их
сил, поправлять обучающихся словом, а не руками, если слов не понимают, –
показать на себе.
Успех обучения молодых солдат, считал Драгомиров, зависит от манеры
обращения с ними. «Обучающие должны помнить, – учил он, – что если молодой
солдат не исполняет чего-либо или исполняет дурно, то это происходит, за
весьма редкими исключениями, не от нерадения, а от непонимания требований;
помочь этому можно только терпеливым и кратким объяснением молодому солдату
того, что он должен делать, а не взысканиями; взыскания в подобных случаях
могут только окончательно запугать и ошеломить его». Чрезвычайно актуальны
и сегодня эти строки.
М.И. Драгомиров признавал, что «умело преподавать новобранцу не
легко», гладкое изложение, последовательная аргументация для него совсем не
годятся и дадут плохой результат. Нужно всегда учитывать особенности
новобранцев. Важно также помнить, что учитель существует для ученика, а не
наоборот. И потому учитель должен удовлетворять не своей потребности учить,
а потребности ученика – знать, следовательно, давать ему только то, что без
помощи учителя ученик узнать не может, не рассказывать ему того, что и без
учителя понятно.
Ценными и поучительными являются идеи и опыт М.И. Драгомирова по
тактической подготовке различных родов оружия: пехоты, конницы,
артиллеристов. Его рекомендации по проведению учений с боевыми патронами,
использованию забытого суворовского способа подготовки к бою – сквозных
атак, осуществлению совместных маневров отрядов из разных родов войск и
другие приемы, и способы сыграли важную роль в повышении качества боевой
подготовки русской армии.
Драгомиров не только обосновал принципы и методы обучения, но указал
также какими силами, каким кадровым составом можно обеспечить подготовку
подразделений и частей. Он считал, что «самый добросовестный, знающий и
деятельный ротный командир весьма мало сделает, если вообразит, будто сам
все может сделать». Для успеха дела необходимо опираться на подготовленных
офицеров, унтер-офицеров, учителей и сплоченный коллектив роты. «Нужно, –
отмечал Драгомиров, – чтобы рота представляла не одну бесформенную массу,
но слагалась из малых, органически сросшихся между собой частей, подобно
тому, как это видим в человеческом теле. И всякая из этих малых частей
должна иметь свою самостоятельную и ответственную голову и свое
органическое сложение из частей меньших: только тогда она может быть
признана, как орган роты, только тогда рота является организмом здоровым,
имеющим внутренний порядок». А если все роты будут хорошо подготовлены, то
и полк будет на высоте положения.
Многие передовые идеи М.И. Драгомирова нашли поддержку у руководства
военным министерством России и были отражены в некоторых учебных,
инструкциях и уставах, по которым учились войска русской армии.
Руководителю занятия рекомендуется отметить, что сегодня, в ходе проведения
военной реформы как никогда важно повысить эффективность обучения и
воспитания военнослужащих. Поэтому обращение к педагогическим взглядам М.И.
Драгомирова представляет несомненный интерес.
Взгляды М.И. Драгомирова на воинское воспитание
Приступая к изложению второго вопроса, руководителю занятия
рекомендуется подчеркнуть, что в военно-педагогической системе М.И.
Драгомирова исключительно большое место отведено вопросам воинского
воспитания. И это не случайно. Дело в том, что к середине XIX в. в русской
армии сохранилось еще немало элементов «прусско-гатчинской» системы
воспитания, основанной на страхе наказания и негативно влиявшей на
подготовку войск, их нравственность. Шла постоянная борьба между
представителями новых, возрождавшихся суворовских форм и методов воспитания
и сторонниками старых, дискредитировавших себя методов, но имевших еще
немало своих последователей и влиятельных покровителей в офицерской среде.
По этому поводу Драгомиров писал: «...О значении рационального
воспитания и образования войск у нас стали поговаривать с конца пятидесятых
годов; и суворовская «Наука побеждать» стала известна армии, помнится с
1862 года...».
С появлением нарезного оружия и как следствие рассыпного строя, в
котором солдату представлялось больше самостоятельности, с возвышением его
чести и достоинства в связи с отменой крепостного права изменились формы и
методы воспитания. В этих условиях значительно возросла роль духовно-
нравственных факторов и методов воспитания, формирующих сознательное
отношение к выполнению воинского долга. Это хорошо понимал талантливый
военный педагог. «...Со введением нарезного оружия, – писал М.И. Драгомиров
– изменяются: 1) понятия о характере воспитания солдата; 2) понятия об
отношениях к нему. Те и другие имеют преимущественно в виду воспитать
солдата так, чтобы он вошел в общее тело не изуродованным нравственно и
физически, но, напротив, укрепленным...».
Новая, драгомировская система воспитания принципиально отличалась от
прежней. В чем заключалось это отличие?
Во-первых, М.И. Драгомиров видел цель воспитания в подготовке
убежденного, надежного воина, исполняющего свои обязанности не из-за страха
наказания, а по совести.
«Цель воспитания, – писал он, – выражается в двух словах: нужно,
чтобы солдат был надежен, т. е. правдив и исполнял свои обязанности всегда
одинаково, как на глазах у начальника, так и за глазами».
В то время как система отдавала предпочтение строгости, по
преимуществу унтер-офицерской «кулачной» педагогике, новая строилась на
умственном и нравственном развитии солдата, на воспитании сознательного
отношения к исполнению воинского долга. «...Мы нисколько не сомневаемся в
том, – отмечал Драгомиров, – что из двух солдат, – одного проникнутого
долгом, но кроме кулака и дубины ничем действовать не умеющего, и другого,
владеющего в совершенстве самым современным оружием, но долгом не
проникнутого, – всякий понимающий дело предпочтет, не колеблясь, первого
последнему».
Во-вторых, Драгомиров не допускал односторонности обучения и
воспитания, как это практиковалось ранее, а выступал за гармоничное
развитие воинов.
«...Для войны, – писал он, – прежде и главнее всего нужен человек
цельный. т. е. гармонически развитый».
Педагог-новатор выделял три основные стороны военного воспитания:
воспитание ума и воли, воспитание нравственное и воспитание физическое.
Центром всей воспитательной работы, по мнению Драгомирова, должно быть
нравственное воспитание. Он считал, что моральный фактор является решающим
фактором и от степени нравственной подготовки армии зависят судьбы войны.
В-третьих, в новой системе воспитания ведущая роль отводилась офицеру.
Прежде для солдата, офицер был «барин», который только приказывал и
воспитанием не занимался. Рекруты за долгий срок службы обучались ратному
делу с помощью старых солдат под руководством унтер-офицеров и при скромном
участии в своем образовании офицеров.
Теперь условия ратного труда существенно изменились: сроки резко
сократились, а обучение значительно усложнилось. «При таком положении верно
одно: если офицер не сделает, то и никто не сделает». Такой подход касался
и вопросов воспитания. «...В наше время, – писа
| |  скачать работу |
Общественная государственная подготовка |
