Культурно-бытовой облик учащихся начальной и средней школы XIX начала ХХ веков
аже имен Тургенева, Л.
Толстого, Белинского, а тем более Герцена или Чернышевского […] Исключение
было за одним Гончаровым»[393].
К середине 50-х годов XIX века есть такое описание круга чтения учащихся,
сделанное А. Рубцом: «Любимым чтением того времени было повести Гоголя,
«Герой нашего времени» Лермонтова, его стихотворения и поэмы «Демон»,
«Мцыри», «Измаил-бей» и «Боярин Орша», Пушкина «Евгений Онегин» и «Горе от
ума» Грибоедова; всё это читалось с наслаждением, но и с боязнью, чтобы кто-
нибудь не подсмотрел и не подслушал…»[394]. Он же дополняет: «Между моими
товарищами были большие любители чтения; они увлекались повестями
Тургенева, напечатанными в «Современнике», и повестями и рассказами Гоголя
в издании «Кулиша». Такие любители чтения собирались человек по 12 или 15 в
уединённых комнатах и начиналось чтение; собравшихся всегда предупреждали,
чтобы желающих слушать чтение сидели хорошо […] После чтения происходили
оживлённые дебаты и восторженные похвалы «Тарасу Бульбе» или «Мёртвым
душам»» [395]. Читали в Киевской первой гимназии в это время и ««Детские
годы Багрова внука» Аксакова или «Детство и отрочества» Л.Н.Толстого»[396].
Однако у детей более низкого состояния круг чтения можно охарактеризовать
совсем кратко. Выходец из купеческой семьи Н.Лейкин в середине 50-х годов
читал «очень мало – книг не было», в основном же это были романы Зотова,
Поль-де-Кока, Курганова, Калашникова[397].
60-е гг. описывает В.Короленко: «Как бы то ни было, но даже я, читавший
сравнительно много, хотя и беспорядочно и случайно, знавший уже «Трёх
мушкетеров», «Графа Монте-Кристо» и даже «Вечного Жида» Евгения Сю, -
Гоголя, Тургенева, Достоевского, Гончарова и Писемского знал лишь по
некоторым, случайно попадавшимся рассказам»[398]. Чуть позже, в старших
классах, им были все-таки прочитаны «повести Тургенева, Писемского,
Гончарова, Помяловского, стихотворения Некрасова, Никитина…
Шевченка…»[399]. А из литературы полулегального характера В.Короленко читал
Шпильгагена, Чернышевского[400]. Он описывает круг чтения своего брата –
также ученика ровенской гимназии. Сначала это чтение было чрезвычайно
беспорядочно: «Вечный Жид», «Три мушкетера», «Двадцать пять лет спустя»,
«Королева Марго», «Граф Монте-Кристо», «Тайны Мадридского двора»,
«Рокамболь» и т.д. Позже брат принимается за более серьезное чтение:
«Сеченов, Молешотт, Шлоссер, Льюис, Добролюбов, Бокль и Дарвин»[401].
У П.Милюкова круг чтения 70-х годов был несколько специфичен из-за его
увлечения античной литературой: «Я заучивал наизусть… отрывки поэзии Сафо и
многое из приписывавшегося Анакреону с большим удовольствием; читал
трагедии Эсхила, Софокла и особенно Эврипида, кое что из Аристофана, имел,
но не читал Ксенофонта и Фукидида… особенно же налёг… на диалоги Платона,
от которого перещел к более меня удовлетворившему сразу Аристотелю… Из
римлян было у меня французское издание (с переводом) комедий Плавта и
Теренция (прочитано), Гораций… Эльзевировские издания Овидия». Впрочем
читал он и более современную литературу: «…не говоря о Лессинге и Виланде,
я читал Гёте… и особенно Шиллера, которого я часто перечитывал. С
французскими классиками было хуже…». Из последних П.Милюков читал только
Мольера, раннего Виктора Гюго, Вальтера. Отмечает он и творчество
Гейне[402].
1875-1884 гг. – время учебы В. Вересаева. Сначала он читал Майн Рида,
Густава Эмара[403], позже стал знакомиться с более серьёзной литературой –
читал Гоголя «Мёртвые души»[404]. И далее он пишет: «С Лермонтовым я
познакомился рано. Одиннадцати-двенадцати лет я знал наизусть большие куски
из «Хаджи-Абрека», «Измаил-Бея» и «Мцыри»… Знал я наизусть и
«Бородино»»[405]. А личной библиотеке В.Вересаева были «подарочные Гоголь,
Кольцов, Никитин, Алексей Толстой, Помяловский. Накопил денег и купил себе
полного Пушкина»[406]. Читал он и из отцовской библиотеки сочинения
Тургенева, Некрасова, «Издания Гербеля: «Русские поэты в биографиях и
образцах», «Немецкие поэты», «Английские поэты» - три увесистых тома», а из
библиотеки обыкновенной брал «Льва Толстого, Гончарова, Достоевского… Фета
и Тютчева»[407]. И таким образом «…камешек за камешком складывалось
знакомство с широкой литературой»[408].
Это же время описывает И. Порошин. Он пишет о круге чтения нежинских
гимназистов: «Многие из гимназистов 7-го класса уже читали Спенсера, Дж.Ст.
Милля, были основательно знакомы с сочинениями Карла Фохта, Бюхнера,
Молешота, Ренана и Штрауса; я не говорю уж о русских писателях –
Добролюбове, Чернышевском, Писареве, Герцене и др., сочинениями которых
ученики буквально зачитывались, начиная уже с 5-го класса. Я же в Рыбинске
и Вологде читал до 7-го класса очень мало: из русских писателей был знаком
только с такими классиками, как Тургенев, гр. Толстой, Гончаров,
Достоевский; по русской истории не читал почти ничего, кроме Карамзина и
некоторых монографий Костомарова, а из литературных критиков знал одного
Белинского и лишь отчасти Добролюбова и Ап.Григорьева»[409].
В 80-е гг. круг чтения учащихся несколько дополнился новыми
произведениями: «… большинство из нас интересовалось Жюль Верном, Купером и
Майн Ридом только до третьего, максимум до четвертого класса. В средних
классах мы все читали Достоевского и Тургенева, очень любили романы
Михайлова, упивались некоторыми произведениями Шпильгагена; из поэтов
читали и перечитывали Некрасова, Никитина и Надсона, из публицистов
увлекались Добролюбовым и Писаревым» [410].
Но для детей всегда оставалось место и для более легкого чтения, судя по
рассказам Д. Засосова и В Пызина (они описывают конец 90-х – начала XX
века): «В средних классах многие чрезмерно увлекались детективной
литературой. Продавались по пятачку книжечки о знаменитых сыщиках - Нате
Пинкертоне, Шерлоке Холмсе, Нике Картере. Зачитывались приключенческой
повестью «Пещера Лейхтвейса». Эта бульварная литература была настолько
распространена, что педагогам и родителям приходилось принимать меры, так
как мальчики начинали плохо учиться, не спали по ночам, воображая себя
неуловимыми преступниками»[411]. Стоит ли говорить, что в учебных
заведениях, где уровень образованности учащихся был значительно ниже, книги
могли вообще не читаться. Впрочем, даже здесь отдельный ученик тоже мог
иногда раскрыть книгу.
А могло быть и наоборот. Будущий профессор филологии А.Позднеев читал
очень много. Конечно, далеко не у всех учащихся был точно такой же обширный
круг чтения, но из его описания можно примерно представить, что могло
читаться учащимися в начале XX в.: «в 1901 году были: «Гай-исландец» Гюго,
«Три мушкетёра» Дюма, «Река Ориноко» и «Завещание чудака» Жюля Верна, а в
1902 году – сочинения Жуковского, Гоголя, Загоскина… романы Густава Эмара,
Фенимора Купера, Жюля Верна, Майн-Рида… Но в то же время мной был прочитан
роман Гончарова…События русско-японской войны привели меня к регулярному
чтению газеты «Новое время» Суворина»[412]. Чуть позже А.Позднеев
«пользовался гимназической библиотекой, где были сочинения ряда писателей,
которых дома не было: Шекспира, Островского, антологии славянской поэзии в
издании Гербеля»[413]. Зимой 1905-06гг. он читает «Фрегат Паллада»
Гончарова, а затем и все его сочинения. «Позже читаю все пьесы Островского.
Книг его в библиотеке отца не было, и я брал их из гимназической
библиотеки. (Короленко). А далее идёт ознакомление с другими русскими
писателями-классиками XIX века: Достоевским, Писемским, Мельниковым-
Печорским, Тургеневым, Григоровичем – всё из приложений к «Неве». Читаю
исторические романы Владимира Соловьёва, Загоскина, графа Салиаса…
Стендаль, Дюма, Флобер, Золя, Бальзак, Доде, Мопассан, Бурже и т.д. Интерес
к зарубежной литературе заставил обратиться к книгам-анталогиям по
немецкой, английской и французской поэзии, изданным Гербелем… Натан Мудрый,
Лессинг, Хаггард, Данилевский, Даль и Горький»[414]. А.Позднеев продолжает:
«На лето 1906 г. … падает знакомство с произведениями Горького – переход от
чтения классической литературы к современной… Читаю Леонида Андреева,
Серафимовича, Гусева, Телешова, Юшкевича, Чирикова, сборники, которые
издавались в то время»[415]. В круг его чтения в 1907г. входят «… пьесы
Ибсена … Гауптман (Ткач), Метерлинк, Шницлер, Оскар Уайльд, Гамсун…
Параллельно попадают в руки произведения современных писателей в сборниках
«Шиповник», «Факел»… Становятся мне известными и поэт
| |  скачать работу |
Культурно-бытовой облик учащихся начальной и средней школы XIX начала ХХ веков |
