Афганистан в конце XX в
различных пуштунских политических
организаций, лидеров, элит или отдельных пуштунских племен. Пуштунская
реставрация стала доминирующей идеей сама по себе и требовала от остальных
пуштунов определиться по отношению к ней.
Парадокс ситуации заключается в том, что такая постановка вопроса
стала возможной в силу другой идеологической установки движения Талибан на
создание общества, основанного на принципах идеальной мусульманской общины
времен пророка Мухаммеда. Выступая против более поздних наслоений в
афганском обществе в виде обычного права, заимствований из внешнего
немусульманского мира, традиционной структуры, традиционной системы
ценностей и т.д., движение сторонников идеи “чистого ислама” Талибан
расчистило почву для качественно нового издания пуштунского национализма.
В то же время, хорошо известно, что первоначальной мусульманской
общине в принципе не был присущ национализм. Все члены общины были равны,
невзирая на национальные или расовые отличия. То есть, в случае с движением
Талибан, мы наблюдаем процесс естественной адаптации движения сторонников
“чистого ислама” к текущей политической ситуации в Афганистане и решению
конкретной политической задачи. Несомненно, что пуштунский национализм
движения Талибан, придерживающегося идей “чистого ислама” во многом вызван
также и этнической солидарностью национальных меньшинств, препятствующей
талибам при решении их главной задачи - объединения Афганистана.
Другое важное обстоятельство связано с тем, насколько идея пуштунского
национализма в трактовке движения Талибан отвечает интересам главного
покровителя талибов - Пакистана.
Пуштунский национализм в качестве тактического средства
внутриполитической борьбы в Афганистане не мог появиться с подачи
Пакистана. Для Исламабада объективно пуштунский национализм представлял
реальную опасность. Развитие идеи пуштунского национализма на новом
качественном уровне вполне могло привести в перспективе к идее создания
Пуштунистана, включая в его состав и населенные этническими пуштунами
территории Северо-западной провинции Пакистана. Идея Пуштунистана была
слишком потенциально опасна и маловероятно, что Пакистан решился бы
разыграть карту пуштунского национализма.
Скорее всего, пуштунский национализм в качестве составной части
идеологии движения Талибан могли привнести члены бывшей фракции Хальк
бывшей Народно-демократической партии Афганистана. Их влияние в руководстве
движения Талибан могло только возрасти после перебазирования талибов на
территорию Афганистана и повышения степени их самостоятельности от
Пакистана. Вчерашние политические изгои халькисты, несомненно, сохранили
некоторые идейные установки из своего недалекого прошлого. Известно, что в
руководстве НДПА всегда преобладали антипакистанские настроения. Несогласие
с прохождением линии Дюранда в качестве афгано-пакистанской границы было
одной из ключевых установок любого руководства в централизованном
государстве Афганистан.
В то же время, в 1996 году тенденция к росту пуштунского национализма
в рядах движения Талибан не была четко обозначена. К тому же, степень
подконтрольности талибов Пакистану была достаточно высока. Движение Талибан
и Пакистан были объективно необходимы друг другу.
Талибы в 1998 г. установили контроль над большинством центральных и
северных провинций страны. К началу 1999 г. ДТ контролировало около 80%
территории Афганистана, в том числе районы с преимущественно узбекским и
хазарейским населением. Лидер талибов мулла М.Омар провозгласил страну
«Исламским Эмиратом Афганистан».
Вместе с тем формирования правительственных сил Исламского Государства
Афганистан (ИГА) во главе с военным руководителем таджикского Исламского
общества Афганистана (ИОА) А.Ш.Масудом при поддержке сохранивших
боеспособность отрядов других антиталибских группировок, входящих в
Объединенный Фронт (ОФ), продолжают в той или иной степени удерживать свои
позиции в провинциях Бадахшан, Тахар, Каписа, Парван, Баглан, Кундуз, Сари-
Пуль.
Во второй половине 1999 г. талибы, активно поддерживаемые Пакистаном,
предприняли несколько широкомасштабных наступательных операций, попытавшись
установить полный контроль над всей территорией Афганистана. С пакистанской
стороны в распоряжение двищение талибан было направлено более 10 тыс.
пакистанских добровольцев из числа учащихся религиозных школ и боевиков
ряда исламских экстремистских организаций, а также более 500 боевиков из
некоторых арабских государств, которые подчинялись базирующемуся в
Афганистане саудовскому террористу У. бен Ладену.
Однако все эти действия талибов, направленные на то, чтобы вытеснить
«северян» с занимаемых ими позиций, перекрыть их основные транспортные
коммуникации, запереть силы А.Ш.Масуда в его главном опорном пункте –
Панджшерской долине и попытаться их там уничтожить, были отбиты, причем со
значительными потерями для талибов в живой силе и технике.
Организованный А.Ш.Масудом достаточно эффективный отпор талибам
выдвинул его на роль фактического военно-политического лидера всей
антиталибской коалиции. Он сумел улучшить взаимодействие со многими
оппозиционными полевыми командирами, в том числе пуштунскими. Было создано
единое командование в лице Высшего военного совета, в который вошли
представители практически всех воюющих с талибами афганских группировок.
Осенью 1999 г. был реорганизован Руководящий совет Афганистана в
составе 45 человек под председательством президента ИГА Б.Раббани,
выполняющий роль парламента: 12 наиболее известных и влиятельных членов РСА
составляют его президиум, осуществляющий координацию деятельности Совета.
Определен новый состав правительства ИГА, в который вошли представители
практически всех народностей и национальностей страны. В нем также
зарезервированы места за представителями афганской эмиграции.
Афганистан и мировое сообщество.
Талибы в 1998 г. установили контроль над большинством центральных и
северных провинций страны. К началу 1999 г. ДТ контролировало около 80%
территории Афганистана, в том числе районы с преимущественно узбекским и
хазарейским населением. Лидер талибов мулла М.Омар провозгласил страну
«Исламским Эмиратом Афганистан».
Вместе с тем формирования правительственных сил Исламского Государства
Афганистан (ИГА) во главе с военным руководителем таджикского Исламского
общества Афганистана (ИОА) А.Ш.Масудом при поддержке сохранивших
боеспособность отрядов других антиталибских группировок, входящих в
Объединенный Фронт (ОФ), продолжают в той или иной степени удерживать свои
позиции в провинциях Бадахшан, Тахар, Каписа, Парван, Баглан, Кундуз, Сари-
Пуль.
Во второй половине 1999 г. талибы, активно поддерживаемые Пакистаном,
предприняли несколько широкомасштабных наступательных операций, попытавшись
установить полный контроль над всей территорией Афганистана. С пакистанской
стороны в распоряжение двищение талибан было направлено более 10 тыс.
пакистанских добровольцев из числа учащихся религиозных школ и боевиков
ряда исламских экстремистских организаций, а также более 500 боевиков из
некоторых арабских государств, которые подчинялись базирующемуся в
Афганистане саудовскому террористу У. бен Ладену.
Однако все эти действия талибов, направленные на то, чтобы вытеснить
«северян» с занимаемых ими позиций, перекрыть их основные транспортные
коммуникации, запереть силы А.Ш.Масуда в его главном опорном пункте –
Панджшерской долине и попытаться их там уничтожить, были отбиты, причем со
значительными потерями для талибов в живой силе и технике.
Организованный А.Ш.Масудом достаточно эффективный отпор талибам
выдвинул его на роль фактического военно-политического лидера всей
антиталибской коалиции. Он сумел улучшить взаимодействие со многими
оппозиционными полевыми командирами, в том числе пуштунскими. Было создано
единое командование в лице Высшего военного совета, в который вошли
представители практически всех воюющих с талибами афганских группировок.
Осенью 1999 г. был реорганизован Руководящий совет Афганистана в
составе 45 человек под председательством президента ИГА Б.Раббани,
выполняющий роль парламента: 12 наиболее известных и влиятельных
членов РСА составляют его президиум, осуществляющий координацию
деятельности Совета. Определен новый состав правительства ИГА, в
который вошли представители практически всех народностей и
национальностей страны. В нем также зарезервированы места за
представителями афганской эмиграции.
Несмотря на последние военные неудачи, руководство движение талибан по-
прежнему жестко ориентируется на исключительно силовые методы решения
внутриафганских проблем, готовится к новым боевым действиям против
объединного фронта. В этой связи отвергаются предложения антиталибского
«северного» альянса обсудить различные планы мирного урегулирования.
Последним из таких планов предусматривалось прекращение огня и начало
переговоров о формировании временного правительства с равным
представительством противоборствующих сторон, разоружение всех военных
формирований и создание единой национальной армии, подготовка проекта
конституции и избрание главы государства путем всеобщих выборов или через
механизм традиционного для Афганистана общенационального форума – Лойя
Джирги.
Время от времени талибы выдвигают в качестве «мирных предложений» свои
по существу ультимативные условия «урегулирования». Они предусматривают
предоставление нескольких второстепенных правительственных и губернаторских
постов «северянам» – представителям непуштунских национальностей при
признании верховной власти за лидером движения талибан – «эмиром всех
мусульман-афганцев» М.Омаром. При этом всем вое
| |  скачать работу |
Афганистан в конце XX в |
