Главная    Почта    Новости    Каталог    Одноклассники    Погода    Работа    Игры     Рефераты     Карты
  
по Казнету new!
по каталогу
в рефератах

Древние Японские искусство и культура



 Другие рефераты
Социология Эмиля Дюркгейма Древнеиндийская культура Социология города и деревни Древний Египет. В тени пирамид.

СКВОЗЬ ВЕКА, ТРАДИЦИИ И СТИЛИ

    Как  повествует  «Кодзики»,  древнейший  памятник  японского  языка   и
литературы,  богиня  солнца  Аматэрасу  дала  своему  внуку  принцу  Ниниги,
обожествленному предку японцев, священное зеркало Ята и сказала: «Смотри  на
это зеркало так, как ты смотришь на меня». Она дала ему это  зеркало  вместе
со священным мечом Муракумо и священным яшмовым ожерельем Ясакани.  Эти  три
символа японского  народа,  японской  культуры,  японской  государственности
передавались с незапамятных времен от поколения к  поколению  как  священная
эстафета доблести, знания, искусства.
    В истории японской культуры и искусства можно выделить  три  глубинных,
доныне    живущих    течения,    три    измерения    японской    духовности,
взаимопроникающих и обогащающих друг друга: синто («путь небесных  божеств»)
— народная языческая религия японцев; дзэн — наиболее влиятельное  в  Японии
течение  буддизма  (дзэн  —  это  одновременно  доктрина  и   стиль   жизни,
аналогично  средневековому  христианству,  мусульманству);   бусидо   («путь
воина») — эстетика самурайст-ва, искусство меча и смерти.
    Яшма — древнейший символ идей синто,  в  основе  которого  лежит  культ
предков. Зеркало — символ чистоты, бесстрастия и самоуглубления, как  нельзя
лучше выражает идеи дзэн. Меч («душа самурая», как гласит  древняя  японская
пословица) — символ бусидо.
    Названные три течения в японской культуре и искусстве  не  могут  быть,
конечно, вычленены в  чистом  виде.  Вместе  с  тем  они  в  известной  мере
определяют последовательность развития японской культуры.
    Ранее всего, уже в III—VII веках,  сформировался  идейно-художественный
комплекс, связанный  с  синто.  Он  был  доминирующим  в  эпоху  складывания
государства Ямато, сохранил свои  позиции  в  период  первого  проникновения
буддизма и наконец практически слился с  ним  (VIII  в.).  Эти  ранние  века
проходят как бы под знаком яшмы. Затем, уходя своими корнями в  воинственную
эпоху Ямато, вызревая постепенно, выступают на  рубеже  XII—XIII  веков  как
сложившаяся идейно-художественная система этика и эстетика бусидо:  культура
под знаком  меча.  С  XIII  века  она  продолжает  свое  развитие  в  тесном
взаимодействии и  взаимопроникновении  с  буддийским  махаянистским  учением
дзэн. Переплетаясь как  в  идеологических,  так  и  в  чисто  художественных
проявлениях,  дзэн  и  бусидо  определяли  японскую  национальную   культуру
практически до нашего, XX столетия.  Чайная  церемония  (тядо),  философские
«сады  камней»,  краткие  и  емкие  трехстишия-размышления  (хокку)  —   все
культивируется под знаком самоуглубления и прозрения, под знаком зеркала.
    Так совершается «запрограммированная» в древнем мифе о трех  сокровищах
тысячелетняя эстафета японской культуры японского искусства.



                          Ритмы древних орнаментов

    Древнейшие памятники японского  искусства  относятся  к  эпохе  Дзёмон.
Дзёмон — культура  охотников  и  собирателей  VII—I  тысячелетий  до  н.  э.
Исследователи подразделяют  Дзёмон  на  пять  периодов:  Архаичный,  Ранний,
Средний, Поздний и Позднейший. Но первые глиняные  сосуды  с  ногтевым,  или
шнуровым, орнаментом в виде нацарапанных линий появились еще раньше.  Мягкий
податливый материал  —  глина  —  неизбежно  пробуждал  творческую  фантазию
древних охотников и рыболовов. Декоративный элемент  этих  глиняных  сосудов
знаменует собой рождение японского искусства.
    Интересно подчеркнуть, что мастера Дзёмона использовали  для  выражения
своих художественных идей глину,  тогда  как  художники  охотничьих  культур
каменного века в Европе и Западной Азии делали рисунки на камне и  из  камня
же вырубали скульптуры. Глиняная посуда и глиняные  статуэтки  были  присущи
земледельческим, а не охотничьим племенам неолита.  Налицо  явный  парадокс:
искусство  древних  японских  охотников  Дзёмона   оказывается   по   своему
характеру ближе искусству континентальных земледельческих племен.
    Центрами культуры Дзёмон были остров Хоккайдо и северная часть  острова
Хонсю. Пожалуй, памятники Хоккайдо ярче всего свидетельствуют о  евразийском
(сибирском)  происхождении  Архаичного  Дзёмона,  о  необычном  для  неолита
соотношении функционального и декоративного в керамике этой эпохи. Здесь  же
появляются и первые каменные  фигурки  —  догу,  изображающие  прежде  всего
богинь плодородия, подобных таким же богиням древнеевропейских культур.
    Своеобразным предвосхищением общеевразийского  «звериного  стиля»  была
керамика кацудзака (эпоха Среднего Дзёмона). Это  горшки  и  урны  с  двумя,
четырьмя,  иногда  одним  ушком-ручкой,  но  всегда  пышно  декорированными,
скульптурными. Часто ручка  становилась  доминирующим  элементом  изделия  —
получался  причудливый  горшок  в  форме  корзинки.   Иногда   на   подобных
гипертрофированных ручках сосудов проступали человеческие лица или  звериные
морды, но чаще  изгибающиеся  змеи  и  драконы.  Встречались  сосуды,  ручки
которых вздымались, как языки пламени. Керамика кацудзака сплошь  «населена»
змеями, лягушками, прочей живностью  ритуально-тотемного  характера.  Сосуды
этого типа чаще всего находят вблизи культовых центров.
    Культура кацудзака имеет много общего с  культурой  туземцев  Меланезии
(через течение Куросиво), и потому можно с полным  основанием  рассматривать
ее как одну ветвь того, что называется «культурой Куросиво». По  сути  дела,
весь тихоокеанский бассейн, включая острова,  китайское  побережье,  Японию,
Центральную и  Южную  Америку,  демонстрирует  в  этом  отношении  некоторое
единство стиля — пластическое искусство с  резко  выраженными  скульптурными
признаками. Подтверждением этого  вывода  можно  считать  и  тот  факт,  что
кацудзака   сопровождается   «производством»   глиняных    фигурок,    очень
напоминающих деревянные фигурки и маски тихоокеанских культур. Эти  фигурки,
как и изображения на сосудах, как правило, не люди,  не  звери  —  вероятнее
всего, они изображают божества-тотемы или духов предков.
    В эпоху Позднейшего Дзёмона возникает керамика камэгаока — по  названию
деревни, где были при  раскопках  в  большом  количестве  обнаружены  сосуды
этого типа. Их отличает весьма тонкая техника обжига и качество  декора,  но
совершенно непонятно их назначение.  Одни  сосуды  слишком  малы,  чтобы  их
можно было использовать в хозяйстве, другие  слишком  причудливы  по  форме,
чтобы вообще иметь  какое-либо  практическое  применение.  Кроме  камэгаока.
Поздний  и  особенно   Позднейший   Дзёмон   характеризуются   качественными
изменениями  скульптурных  изображений.  В  большом  количестве   появляются
глиняные статуэтки, изображающие людей в  богато  декорированной  одежде,  с
огромными глазами типа «снежных  очков».  Мотив  «снежных  очков»  настолько
проникает в скульптурную традицию, что даже фигурки обезьян  изображались  с
такими же глазами. При раскопках находят  много  фигурок  типа  «космонавт»:
например, «треугольная» женщина с круглой головой или, наоборот, женщина  то
ли с треугольной головой, то ли в треугольном шлеме. Все  названные  фигурки
найдены на севере острова Хонсю. От эпохи Дзёмон  остались  также  некоторые
образцы «каменного  творчества»:  знаменитые  «солнечные  часы»,  «лососевые
камни» (т. е. камни, на  которых  изображен  лосось)  и  рисунки  на  стенах
пещер.  Относительно  «солнечных  часов»  —  каменных  кругов  с   менгирами
археологи склоняются к мысли, что  это  необычного  типа  могильники,  каких
много в Сибири и в Монголии. «Лососевые  камни»  также  похожи  на  те,  что
находили  в  районе  Байкала,  в  Сибири.  Происхождение  и  байкальских,  и
японских образцов связано с обычаем  жертвоприношения  богам  в  надежде  на
богатый улов рыбы. Наконец, и наскальные пещерные  изображения  (примитивные
рисунки людей и животных)  почти  определенно  связаны  с  континентом  —  с
сибирскими писаницами.  Таковы  наскальные  изображения  оленя,  чрезвычайно
похожие  на  культовые,  тотемные   рисунки   народов   Сибири.   Приходится
согласиться с мнением японского историка-искусствоведа Эгами Намио,  который
писал: «Чем глубже мы заглядываем в историю, тем  теснее  оказываются  связи
Японии с  азиатским  материком...  Как  бы  ни  старались  некоторые  ученые
доказать   независимое   происхождение   японской   керамики,   уже   первые
произведения японского  керамического  искусства  и  культура,  связанная  с
этими  произведениями,  несут  на  себе  неустранимый  отпечаток   связи   с
континентом. Япония неотделима от Евразии, говорим ли о японской культуре  в
целом, или о происхождении тех или иных ее форм».
    Присоединение к материковому культурному комплексу отнюдь не  отменяет,
скорее лишь оттеняет своеобразие художественного мира древней  Японии.  Даже
в  период  быстрых  и  бурных  перемен  в  жизни  японского  народа   всегда
сохранялись   глубинные   течения   духовности,   верность   традициям,    а
взаимодействие нового со старым неизменно приводило к  синтезу,  к  рождению
новых художественных представлений.
    Рассматривая  предметы  эпохи  Дзёмон,  проникаясь  своеобразием   этой
культуры,  трудно  отделаться  от  впечатления,  что  это  еще   не   вполне
соотносимо с привычным для нас представлением о  японском  искусстве.  Может
быть, это не более чем инерция нашего восприятия, дань  традиционным  схемам
и представлениям. Может быть, непривычная и  неожиданная  Япония  памятников
Дзёмона станет со временем привычной и будет  осмыслена  как  необходимое  и
органично
12345След.
скачать работу


 Другие рефераты
Информационные системы маркетинга
Адсорбенты и ионные обменники в процессах очистки природных и сточных вод.
Бас бостандығынан айыру орындарынан босатылған адамдарға әкімшілік бақылау жүргізу
Бахтың ұлы шығармаларының бірі - си минорлы месса


 

Отправка СМС бесплатно

На правах рекламы


ZERO.kz
 
Модератор сайта RESURS.KZ