Истории религий и кризис цивилизации
е, именно в таком состоянии популяция
становится настолько зависимой от нарушения стабильности этих условий, что
даже не очень значительные отклонения в них могут привести к фатальному
исходу - ведь адаптивный фонд популяции исчерпан еще на стадии
экспоненциального роста! (Убедительная иллюстрация некорректности термина
«устойчивое развитие»).
Иллюзорными следует считать предположения и надежды на то, что
человечеству удастся обойти эти общие биологические закономерности. Увы,
нам приходится смириться с тем, что это абсолютно невозможно. Это, тем
более, невозможно, что земной цивилизации не хватило «разумности» понять
тупиковость бесконверсионного варианта своего развития. (Биоконверсия –
взаимообращаемость компонентов в биологической среде, которая выражается в
использовании продуктов жизнедеятельности, производимых организмами одного
вида, представителями других микробных, растительных или животных групп).
Невозможность биоконверсии – вообще губительна для всего живого.
Человеческое «наследие», производимое в результате технократической
деятельности, непригодно для утилизации другими биологическими видами. К
такому «наследию» относятся и новые типы химических соединений (например,
пластмассы), и радиоактивные отходы, и незакрепленные в природе
тысячелетиями адаптации новые генетические монстры растительного и
микробного рода (например, вирус ВИЧ и другие представители
бактериологического оружия).
Количество соединений, вновь синтезированных человеком,
преимущественно за последние 50 лет, уже соизмеримо в своем качественном
разнообразии, с реестром, созданным природой за всю историю существования
Земли, и этот процесс синтеза не прекращается. Биосфера, таким образом,
продолжает наращивать свою нестабильность. Если учесть, что концепция
действия малых доз (физической или химической природы), утверждает их
решающее значение в выборе системой направления ее дальнейшего развития, то
следует ожидать, что в критической для биосферы точке бифуркации именно
этот фактор – множественность изменений среды обитания биоты, может
необратимо изменить направление ее развития (27).
Технические средства, которыми обладают современные развитые страны,
не могут обеспечить даже эффективную защиту от природных катаклизмов, не
говоря уж об общечеловеческой беспомощности в случае глобальных событий.
Обеспечение глобальной безопасности в большой степени затруднено также и
тем, что у человеческого сообщества до сих пор не сформулировано единое
представление о целях, задачах и направлениях собственного развития.
Размежевание и конкуренция, вытеснение любого (личности, государства),
претендующего на место в уже давно поделенном мире, не могут стать базой
для адекватной и взвешенной, коллективно полезной реакции в экстремальных
ситуациях, требующих нестандартных решений.
В таком же положении оказываются и интересы национальной безопасности.
Теоретически, в этот круг вопросов должны быть включены:
- сохранение этнического разнообразия;
- защита религиозных институтов, отвечающих моральным и нравственным
требованиям человеческого сообщества;
- правовая защита национальных традиций, не противоречащих
конституционным основам государства, или приведение их в приемлемое
соответствие;
- сохранение и защита территорий традиционного проживания этнических
групп и народов как среды традиционного землепользования;
- восстановление нарушенных экосистем на территориях, сохранивших
этноспецифические взаимоотношения человека с природой.
Практически же оказывается, что само понятие «национальная
безопасность», даваемое современными юридическими и правовыми институтами,
служит скорее интересам государственной власти, чем этносам и окружающим
их экосистемам. Или, говоря иначе, направлено, скорее, на защиту и развитие
интернациональных интересов в духе «нового мышления», чем на поддержание
этнического разнообразия. Между тем, именно этническое разнообразие,
неразделимое с национальными традициями, питанием, культурой, является
основой генетической устойчивости человеческого сообщества как вида.
Таким образом, серьезный разговор о достижении устойчивого состояния
(и человеческого сообщества, и биосферы в целом) невозможен без решения
проблем экономического, политического, экологического и нравственного
порядка.
Конечно, можно и должно задуматься над тем фактом, почему страны и их
правительства не ставят в число первоочередных задач широкое просвещение
населения относительно действительной чрезвычайно опасной роли этих эколого-
социальных язв? Почему глубокие корни сложившейся ситуации не обсуждаются
публично, а скрываются за завесой техногенных или природно-климатических
бедствий, которые представляются населению в качестве главной опасности?
/Нельзя сказать, что попытки просвещения правительств в вопросах
современного эколого-социального кризиса не поднимались ранее и не
обсуждались на самых высоких уровнях. Более того, научный анализ
надвигающихся проявлений катастрофы человеческого развития начали
проводить еще в 60-х годах, он проводится и поныне.
Наибольший вклад в разработку системного анализа этого явления сделали
ученые, представляющие неправительственную международную научную
организацию «Римский клуб». Клуб был основан в 1968 году итальянским
общественным деятелем Аурелио Печчеи. При поддержке «Римского клуба» был
проведен целый ряд исследований по проблемам развития, выводы которых
носили зачастую сенсационный характер. В начале семидесятых годов получило
обнародование письмо, подписанное более чем двумястами учеными. В двух
частях письма, обращенного к Генеральному секретарю ООН, У-Тану, ученые
многих стран дали развернутую картину того, «Что стоит перед нами» и «Что
можно сделать». Почти сорок лет назад они всерьез били тревогу, говоря,
что «…переживаемый нами кризис носит чрезвычайно острый характер, и потому
мы настаиваем, чтобы параллельно с проведением научных исследований были
предприняты и указанные ниже практические меры. Мы не считаем их панацеей
от всех бед, но видим в них средство удержать контроль над ситуацией, пока
процесс порчи окружающей среды не зашел еще слишком далеко и не стал
необратимым».
Обратим внимание на то, что именно выдвигали ученые в число
первоочередных мер. Ими были, в частности:
- ведение моратория на такие технические нововведения, которые не
являются жизненно необходимыми, то есть новые системы вооружения,
суперкомфортабельные виды транспорта, новые и не испытанные еще
пестициды, новые пластмассы;
- введение международных критериев качества среды с их
периодическим пересмотром по мере углубления наших знаний, проведение
контроля загрязнения окружающей среды, углубленная переработка сырья с
целью сокращения расходования ресурсов;
- снижение уровня потребления у привилегированных групп
населения и более справедливое распределение продовольственных и
других продуктов, а также проведение широких мероприятий по снижению
темпов роста населения без нарушения гражданских прав людей;
- уничтожение ядерного, химического и биологического оружия.
Отказ ученых от участия в разработках этих направлений.
Сегодня, по прошествии 34-х лет со дня опубликования этого документа,
мы можем констатировать, что все эти предложения были либо отброшены, либо
выполнены частично, например, в отношении технического контроля загрязнения
окружающей среды, либо усиленно развивались в губительную для нас сторону.
Тем не менее, для многих постепенно становилось все яснее, что только
общие усилия могут еще как-то повлиять на сложившуюся ситуацию. Формально
даже предпринимались определенные шаги в сторону консолидации усилий
различных стран.
В 1980 году был создан международный документ, разработанный
Международным союзом охраны природы и природных ресурсов (МСОП) при
поддержке Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП) и содействии Всемирного
фонда охраны дикой природы. Документ декларирует необходимость управления
«...использованием человечеством биосферы, экосистем и видов, составляющих
ее, таким образом, чтобы они могли приносить устойчивую пользу настоящему
поколению и в тоже время сохранили свой потенциал, чтобы соответствовать
нуждам и стремлениям будущих поколений» (с. ХХ1Х). Документ известен как
«Всемирная стратегия охраны природы».
В 1982 году Генеральной Ассамблеей ООН был принят другой документ,
определяющий, что основные природные процессы (глобальный круговорот
веществ и т.п.) должны сохраняться на относительно неизменном уровне, а
всем формам жизни должна быть обеспечена возможность существования. Этот
документ получил название «Всемирная хартия природы».
Обеспокоенность продолжающимся ростом населения планеты и ухудшением
состояния окружающей среды привели к созданию специальной структуры в ООН
– Программы ООН по окружающей среде (ЮНЕП), речь о которой шла на
Стокгольмской конференции ООН, состоявшейся в 1972 году.
В 1987 году Всемирная комиссия ООН по окружающей среде и развитию
обострила вопр
| |  скачать работу |
Истории религий и кризис цивилизации |
