Главная    Почта    Новости    Каталог    Одноклассники    Погода    Работа    Игры     Рефераты     Карты
  
по Казнету new!
по каталогу
в рефератах

Массовые репрессии и политические процессы 20-х 30-х годов



 Другие рефераты
Манифест 1810 года Манхеттенский проект Медицинская служба русской армии в Отечественную войну 1812г. Междоусобные войны второй четверти XV в.

Отсутствие у вас судимости-
не ваша заслуга, а наша недоработка...

Введение.
      20-е – 30-е годы – одна из самых страшных страниц в истории СССР. Было
проведено столько политических процессов и репрессий, что еще долгие годы
историки не смогут восстановить все детали страшной картины этой эпохи. Эти
годы обошлись стране в миллионы жертв, причем жертвами как правило
становились талантливые люди, технические специалисты, руководители,
ученые, писатели, интеллигенция. «Цена» борьбы за «счастливое будущее»
становилась всё выше. Руководство страны стремилось избавиться от всех
свободно мыслящих людей. Проводя один процесс за другим, государственные
органы фактически обезглавили страну.
       Террор охватывал без разбора все регионы, все республики. В
расстрельных списках были фамилии русских, евреев, украинцев, грузин и
других представителей больших и малых народов страны. Особенно тяжелыми
были его последствия для тех районов, которые отличались культурной
отсталостью до революции и где в 20 — 30-е годы быстро формировался слой
интеллигенции, специалистов. Большой урон несли не только советские люди,
но и представители зарубежных партий и организаций, работавших в СССР.
«Чистка» коснулась и Коминтерна. Отправлялись в тюрьмы и концлагеря,
высылались с позором из страны специалисты, добросовестно помогавшие стране
в подъеме экономики.
       Чувствуя приближающуюся беду, некоторые советские деятели бежали за
границу. Появилась, хотя и немногочисленная, «красная» волна российской
эмиграции.
       Второй тотальный кризис власти свидетельствовал о росте недоверия,
отчужденности, враждебности вокруг партии и государственных организаций. В
ответ – политика подавления, насилия, массового террора. Лидеры правящей
партии проповедовали, что все стороны жизни общества должны быть пропитаны
непримиримым духом классовой борьбы. Хотя с каждым годом революция
становилась все дальше, число осужденных за «контрреволюционную»
деятельность быстро росло. Миллионы людей побывали в лагерях, миллионы были
расстреляны. Около ряда крупных городов (Москва, Минск, Воркута и др.)
появились массовые захоронения замученных и расстрелянных.
«Социалистическое наступление»
       Форсированный  экономический  рост   в   условиях   острой   нехватки
капиталов,   нарастания   военной    опасности    лимитировал    возможности
материального  стимулирования  труда,  вел   к   разрыву   экономических   и
социальных аспектов развития, к стагнации, даже падению  жизненного  уровня,
что не могло не  вести  к  росту  психологического  напряжения  в  обществе.
Ускоренная индустриализация, сплошная коллективизация  резко  активизировали
миграционные процессы, крутую  ломку  образа  жизни,  ценностных  ориентации
огромных  масс  людей  («великий   перелом»).   Сконденсировать   избыточную
социально -психологическую энергию народа, направить ее на решение  ключевых
проблем развития, компенсировать  в  какой-то  мере  слабость  материального
стимулирования был призван мощный политико-идеологический прессинг.  В  30-е
годы ломается и без того хрупкая  грань  между  политическим  и  гражданским
обществом:  экономика  подчиняется  тотальному  государственному   контролю,
партия сливается с государством, государство идеологизируется.
       «Социалистическое  наступление»  конца  20  —  начала   30-х   годов,
выразившееся в повышении  плановых  заданий  в  промышленности,  в  сплошной
коллективизации,— это попытка разрубить гордиев узел проблем в  экономике  и
одновременно — снять социальную напряженность, накопившуюся  в  обществе.  В
течение всех 20-х годов понимание нэпа как  «передышки»,  «отступления»,  за
которым последует новое «наступление», было довольно  устойчивым  в  рабочей
среде.
       Ситуация  накаляется  к  концу  20-х  годов.  В  связи  с  ускорением
индустриализации  при  незначительных  фондах  материального  стимулирования
предпринимаются попытки интенсификации  трудового  процесса,  рационализации
производства  за  счет  трудящихся.  В   результате   перезаключения   зимой
1927—1928  и  1928—1929  гг.  коллективных  договоров,   тарифной   реформы,
пересмотра норм выработки усиливается  уравниловка,  у  отдельных  категорий
рабочих снижается заработок.  Как  следствие  многие  партийные  организации
отмечают «политическую напряженность  в  массах».  Недовольство  рабочих,  в
основном высококвалифицированных, выражалось в форме коллективных  обращений
к руководящим органам  с  целью  получения  разъяснений  сущности  кампаний,
подачи заявлений  в  связи  с  ущемлением  прав,  массовых  уходах  с  общих
собраний. Происходили кратковременные забастовки,  правда,  не  отличавшиеся
значительным  числом  участников.  Прямых   антисоветских   выступлений   на
предприятиях не наблюдалось. На ряде рабочих собраний принимались  резолюции
представителей левой оппозиции, содержавшие требования повышения  заработной
платы, отмены новой тарифной сетки, пересмотра норм и расценок.  «Партия  10
лет ведет неизвестно куда,  партия  нас  обманывает,—  фиксировали  «органы»
высказывания рабочих.— Фордовскую систему придумали коммунисты».
       Недовольство рабочих приняло весьма значительные масштабы.  Данные  о
перевыборах   фабзавкомов   по   Московской,   Иваново    -    Вознесенской,
Ленинградской областям и Харьковскому округу свидетельствуют о том, что  «на
ряде  крупных  предприятий  на  собраниях  присутствовало  меньше   половины
работающих,  а  на  некоторых  из  них...  до   15%».   «Вследствие   слабой
посещаемости на многих предприятиях имели место срывы собраний».


       «Громоотвод» - Шахтинский процесс
      Растущее  недовольство  рабочих  —  неизбежное   следствие   «политики
затягивания поясов» — партийно-государственное руководство сумело  направить
в русло «спецеедства». Роль громоотвода сыграл  «шахтинский  процесс»  (1928
г.). По нему были привлечены к ответственности инженеры и техники  Донецкого
бассейна, обвиненные в сознательном вредительстве, в организации взрывов  на
шахтах, в преступных связях с бывшими владельцами донецких шахт,  в  закупке
ненужного импортного оборудования, нарушении техники  безопасности,  законов
о труде и т. д. Кроме того, по этому делу проходили  некоторые  руководители
украинской   промышленности,   якобы   составлявшие   «харьковский   центр»,
возглавлявший деятельность вредителей. Был  также  «раскрыт»  и  «московский
центр».   По   данным   обвинения,   вредительские   организации    Донбасса
финансировались западными капиталистами.
       Заседания Специального судебного присутствия Верховного суда СССР  по
«шахтинскому делу» состоялись летом 1928 г. в Москве  под  председательством
А. Я. Вышинского. На суде некоторые  из  подсудимых  признали  только  часть
предъявленных обвинений, другие полностью их  отвергли;  были  и  признавшие
себя виновными по всем  статьям  обвинения.  Суд  оправдал  четверых  из  53
подсудимых, четверым определил меры наказания условно, девять  человек  —  к
заключению на срок от  одного  до  трех  лет.  Большинство  обвиняемых  было
осуждено на длительное заключение — от четырех до  десяти  лет,  11  человек
были приговорены к расстрелу (пять из них  расстреляли,  а  шести  ЦИК  СССР
смягчил меру наказания).
       Что же на самом  деле  было  в  Донбассе?  Р.  А.  Медведев  приводит
интересное свидетельство  старого  чекиста  С.  О.  Газаряна,  долгое  время
работавшего в экономическом отделе НКВД Закавказья (и арестованного  в  1937
г.). Газарян рассказывал, что в 1928 г. он  приезжал  в  Донбасс  в  порядке
«обмена  опытом»  работы  экономических  отделов  НКВД.  По  его  словам,  в
Донбассе в тот период обычным явлением была  преступная  бесхозяйственность,
ставшая причиной многих тяжелых аварий с человеческими жертвами  (затопления
и  взрывы  на  шахтах  и  др.).  И  в  центре,  и  на  местах  советский   и
хозяйственный аппарат был еще несовершенен,  там  было  немало  случайных  и
недобросовестных  людей,  в  ряде  хозяйственных  и  советских   организаций
процветали взяточничество, воровство, пренебрежение  интересами  трудящихся.
За все эти преступления необходимо было, конечно,  наказывать  виновных.  Не
исключено, что в Донбассе были и единичные случаи  вредительства,  а  кто-то
из инженеров получал письма от какого-либо бывшего хозяина шахты,  бежавшего
за  границу.  Но  все  это  не  могло  служить   основанием   для   громкого
политического процесса. В большинстве случаев обвинения во вредительстве,  в
связях с  различного  рода  «центрами»  и  заграничными  контрреволюционными
организациями добавлялись  уже  в  ходе  следствия  к  различным  обвинениям
уголовного характера (воровство, взяточничество, бесхозяйственность и  др.).
Обещая заключенным за «нужные» показания смягчение  их  участи,  следователи
шли  на  такой  подлог   якобы   из   «идейных»   соображений:   «необходимо
мобилизовать массы», «поднять в них  гнев  против  империализма»,  «повысить
бдительность». В действительности же эти  подлоги  преследовали  одну  цель:
отвлечь недовольство широких  масс  трудящихся  от  партийного  руководства,
поощрявшего гонку за максимальными показателями индустриализации.
       «Шахтинское дело» обсуждалось на двух  пленумах  ЦК  партии.  «Нельзя
считать случайностью так называемое шахтинское дело,  -  говорил  Сталин  на
пленуме ЦК в апреле 1929 г.    «Шахтинцы»  сидят  теперь  во  всех  отраслях
нашей промышленности.  Многие  из  н
1234
скачать работу


 Другие рефераты
Роль общения в психическом развитии ребёнка
Беловежская пуща
Жизнь и деятельность Карла Линнея
Сущность, структура и функции семьи


 

Отправка СМС бесплатно

На правах рекламы


ZERO.kz
 
Модератор сайта RESURS.KZ