Анархическое движение в Мексике
стильных предприятий,
закрытых в Федеральном округе. Владельцы утверждали, что закрытие на
короткий срок объяснялось нехваткой материалов из-за всеобщей стачки в
Веракрусе. Доклад CGT, подготовленный Хосе Валадесом, (...) утверждал,
что на многих предприятиях есть запасы материалов, которых хватит на 3
месяца, и рекомендовал рабочим в свете плохого управления со стороны
владельцев, взять в свои руки контроль над предприятиями. Национальный
конгресс CGT одобрил доклад. Локауты продолжались.
3 марта представители CGT встретились с владельцами текстильных фабрик
Федерального округа и заявили, что заводы должны оставаться открытыми или
рабочие захватят их. Владельцы попросили об отсрочке, чтобы подготовить
ответ, и встреча была отложена. 8 марта генерал Мануэль Перес Тревиньо
заверил, что дело текстильных фабрикантов - «правое», и на следующий день
правительство Федерального округа послало войска для охраны текстильных
фабрик от захватов со стороны рабочих. Спор продолжался всю весну и
начало лета, сопровождаясь серьезными стачками и временами вспышками
насилия. В конце концов, 2 лидера синдиката текстильных рабочих CGT Отило
Венсес и Сиро Мендоса были приглашены правительственным арбитражем на
встречу с 2 представителями промышленников. Конфликт был разрешен, и
текстильные фабрики Федерального округа жили в условиях относительного
мира, пока организаторы текстильных рабочих CROM не бросили вызов
гегемонии CGT примерно год спустя.
Администрация Кальеса вступила в должность в 1924 г. и еще более открыто
стала действовать вместе с CROM против CGT. 2 декабря Моронес был
назначен секретарем правительства по вопросам промышленности, торговли и
труда. Престиж Моронеса и открытая поддержка CROM со стороны
правительства придавали ей привлекательность в глазах многих рабочих и
служащих. В декабре 1924 г. правительство приняло важное трудовое
законодательство, ук-реплявшее позиции CROM и подрывавшее позиции CGT.
Два закона, проведенные в этом месяце при поддержке Мо-ронеса и Кальеса,
предусматривали, что на каждом предприятии мог быть признан только один
профсоюз, который обладал на нем наибольшим представительством среди
рабочих. Новые законы были популярны среди рабочих, поскольку
предоставляли коллективу права в трудовых спорах и гарантировали
безопасность бастующих. Более крупная и официально поддержанная CROM явно
извлекала выгоду из новых законов. За 2 года 1925-1926 гг. число членов в
CROM, по ее собственным данным, выросло с 1,2 миллионов до 2 миллионов. В
действительности же их было, веро-ятно, около 100 тысяч, то есть всего в
2 раза больше, чем в CGT. Коллективные переговоры CGT и забастовочные
действия оппозиционных меньшинств или тех, кто просто заявлял о поддержке
большинства CROM теперь были нарушением федеральных законов. 28 января
1925 г. Моронес и его правительственный секретариат по делам промыш-
ленности, торговли и труду назначили официальных лиц, призванных
выполнять в различных штатах и в Федеральном округе роль наблюдателей,
примирителей и арбитров в трудовых конфликтах. Более 2/3 из них были
членами CROM. Созданные в соответствии с законом новые правительственные
комиссии по трудовым отношениям - «хунты примирения и арбитража» -
находились под контролем ведомства Моронеса. Они приобрели большое
значение, по-стоянно принимая решения в трудовых конфликтах в пользу CROM
и обычно занимая враждебную позицию (...) в отношении CGT. В 1925 г. CGT
сталкивалась с соединенной атакой CROM и правительства в Федеральном
округе, поставившей под угрозу ее существование.
Волнения начались с серии судебных споров, которые привели к физическим
нападениям и, наконец, к тому, что во время празднования 1 мая снайпером
была убита женщина-член CROM. В то время как было заявлено о причастности
нескольких видных лидеров синдикатов CGT, конфедерация провела свой 4-й
национальный конгресс 4-10 мая. Декларации конгресса подстегнули
ситуацию. Были провозглашены новые кампании. Во-первых, CGT выступила за
6-часовой рабочий день как средство борьбы с безработицей. Во-вторых, она
обновила стойкую поддержку мексиканскими анархистами аграрному движению и
потребовала полного и немедленного распределения помещичьей земли среди
крестьянства. Более того, она критиковала правительство за недостаточную
активность в этом вопросе. Раннее в том же году региональные группы CGT
выразили свою поддержку далеко идущего плана аграрной реформы,
предложенного бывшим членом «Дома рабочих мира» и сапатистом, а теперь -
депутатом парламента Антонио Диасом Сото-и-Гамой. Мексиканский парламент
отверг предложения Диаса Сото-и-Гамы. Правительственный секретарь по
вопросам развития и сельского хозяйства Луис Леон сердито отреагировал на
предложения «красных» из CGT, заявив, что они «требуют новой революции».
По его словам, режим Кальеса всегда дает возможность осуществить
земельную реформу по закону. В других решениях конгресс CGT призвал к
созданию «рационалистических школ» и к «прямому действию»; он отверг
легитимность, честность и авторитет «хунт примирения», где господствовал
Моронес. Прямая конфронтация была неизбежна.
7 июля владельцы текстильных предприятий Ла-Абеха, Ла-Магдалена и Ла-
Ормига в районе Сан-Анхель - Контрерас в Федеральном округе, где была
сильна CGT, официально запросили местную «хунту примирения» обсудить
«исправленные ставки зарплаты». Решение «хунты» было не в пользу рабочих
из CGT с этих заводов, и это побудило мощную Всеобщую федерацию рабочих
текстильной отрасли, входившую в CGT, заявить о том, что она «не признает
авторитет хунты примирения и арбитража Федерального округа». 14 июля
национальное правительство подало в суд на CGT по обвинению в проведении
незаконной стачки на Ла-Ормига, организации помех рабочим, не входящим в
профсоюзы или принадлежащим к CROM, войти на Ла-Магдалену и в проведении
незаконных рабочих митингов внутри Ла-Магдалены.
20 июля волна насилия сотрясла район текстильных фабрик Сан-Анхель -
Контрерас. Банды членов CROM (неко-торые из них были вооружены) напали на
рабочих CGT на улице около фабрик, по меньшей мере одна работница-член
CGT была убита. Вспыхнули уличные бои между «красными» из GGT и
«желтыми», как они называли сторонников CROM. В августе «хунта
примирения» объявила, что если большинство рабочих на той или иной
фабрике не состоят в профсоюзах, ни один профсоюз не может представлять
их. Это было ударом по CGT, имевшей поддержку большинства из профсоюзно-
организованных рабочих текстильных предприятий района Сан-Анхель -
Контрерас и вообще Федерального округа, но страдавшей от постоянной
текучести рабочих на фабриках, в результате чего доля ее членов часто
падала ниже 50%. Хунта получила отпор, когда CGT и владельцы текстильного
предприятия Сан-Антонио-де-Абад договорились о предотвращении стачки в
обмен на неприем на работу рабочих, не входящих в профсоюзы.
В сентябре CGT подтвердила свой отказ признавать «хунту примирения». В
ответ агентство секретариата по делам промышленности, торговли и труда
объявила CGT вне закона, а все ее стачки - нелегальными. Конфликт
продолжался в октябре, когда CGT отказалась участвовать в организованном
Моронесом съезде текстильной промышленности под эгидой его секретариата.
CGT заявила, что ее позиция - «отказ от сотрудничества с политиками». В
ноябре на Ла-Магдалене вспыхнули насильственные столкновения между
вооруженными членами CGT и членами CROM, принятыми владельцами на работу.
CGT объявила «всеобщую стачку» входящих в нее текстильных рабочих в
поддержку своего требования изгнать членов CROM. Стачка сопровождалась
насилием и привела к столкновениям между двумя профцентрами.
Поворотный пункт наступил 17 декабря, когда правительство направило
конную полицию против пикетов CGT, размещенных вне предприятий. Линии
пикетов были прорваны и разогнаны. CGT протестовала и организовала
спорадические остановки работы в Федеральном округе, хотя и тщетно. В
январе 1926 г. 50 членов CGT были уволены с Ла-Магдалена, и на фабрике
были размещены правительственные войска, чтобы защитить рабочих из CROM и
само предприятие. Через несколько дней владельцы предприятия (...)
закрыли его, оставив без работы 300 человек. CGT протестовала, и
предприятие было снова открыто при некотором увеличении персонала,
входящего в CROM.
Борьба в текстильной промышленности Сан-Анхель - Контрерас мало изменила
баланс сил между профсоюзами. CROM отвоевала несколько позиций, но
проявила свою коррумпированность. Профсоюз текстильных рабочих остался
одним из самых крепких в CGT, сравнительно крупным, боевым, но
вынужденным вести оборонительные бои. На территориях, более удаленных от
района Мехико и бастионов CGT, CROM было гораздо проще.
На протяжении 4 лет правления режима Кальеса штаб-квартиры CGT и ее
синдикатов подвергались бомбовым атакам, поджогам, взломам, нападениям,
члены организации часто арестовывались. Лишь сохранение агрессивного духа
и состояния «Центра либертарного синдикализма» позволяло CGT удерживать
число своих членов на уровне около 60 тысяч. Однако она оставалась в
обороне, членских взносов не доставало для того, чтобы содержать постоян-
ный конторский персонал. Однако оборонительная борьба CGT, вероятно, дала
свои результаты. Так или иначе, в 1926 г. межпрофсоюзные столкновения
сократились, поскольку CROM отказалась от попыток проникн
| |  скачать работу |
Анархическое движение в Мексике |
