Формализм как школа
звитие, между тем, как «участки, не
подвергшиеся описанию или описанные в категориях явно неадекватной им
"чужой" грамматики, развиваются быстрее. Это подготавливает в будущем
перемещение функции ядра на периферию предшествующего этапа и превращение
центра в периферию»9. Представляется, что недостаточно фиксировать
исключительно утверждающие концепции, «позитивные» по сравнению с
предыдущими. Интерес представляет и сам факт неудовлетворенности
устаревающей парадигмой, и сама эта парадигма, то есть то, от чего уходят,
чего стараются избежать в русле новой методологии. Учитывая сказанное,
можно подразделить деятельность Ю. М. Лотмана как семиотика на 4 периода.
Это не означает наличия четкой границы между периодами, но намечает контуры
той тенденции, инерционное воздействие которой испытывает на себе тот или
иной отрезок истории.
1) "Предисловие" (от истории к теории)
Первый период характеризуется подключением к историко- литературной
плоскости сферы семиотики (с тем, чтобы в дальнейшем она «втянула» в себя
историю литературы как составляющую). Ю. М. Лотман, воспитанный лучшими
учеными ленинградской школы, во многом унаследовавшими традиции
«формального» метода, на рубеже 50-60-х гг. занимался историей общественной
мысли. «Его предструктуралистские работы рассматривали литературу как
арену социально-политической борьбы, а главной задачей было выделение
авторской идеологии, менталитета, определявшего лицо эпохи»10. Но
тогдашняя ситуация в стране, которую характеризуют как период
интеллектуального подъема, частичный отход от социо-графических схем в
истории и литературоведении, интенсивное развитие точных наук,
захватывающих другие области знания, — все это в совокупности
предопределило рождение отечественного структурализма. Новая интерпретация
старых понятий невольно повышала методологическую строгость, примером
тяготения к которой могут служить «Лекции по структуральной поэтике»
(работа над ними велась еще в 1961 —62 гг.)". Ю. М. Лотман пришел к
семиотике независимо от московской секции математических логиков при
Институте философии, куда входили А. Е. Есенин-Вольпин, С. К. Шаумян, В.
А. Успенский, а также от некоторых лингвистов, соприкасавшихся с
кибернетикой, математикой и пытавшихся применить точные методы в
гуманитаристике (П. С. Кузнецов, Вяч. Вс. Иванов, А. А. Зализняк)12.
Семиотический подход, благодаря своему «птичьему языку», зачастую давал
возможность обойти господствующие идеологические каноны. Язык
ортодоксальной эмпирики не был в состоянии проникнуть в образовавшееся
зашифрованное пространство. Потребовалось некоторое время (которое сами
представители семиотической школы называют по известной аналогии Sturm und
Drang)13, чтобы возникла потребность говорить о границе этого
пространства, а не только подразумевать ее. Ранний этап семиотических
штудий, органично вытекающий из «предструктуралистского» еще не нуждался в
защите от профанации в силу новизны явления. Новая (семиотическая)
идеология еще не вступила в фазу самоповторения. 2) Построение алфавита
(Новая концепция)
Следующий за «предструктуралистским» период (середина 60-х гг.) был
связан «и с определением основных понятий этой по существу новой области
гуманитарного знания, и с широкой экспансией семиотических идей г методов
в попытке покрыть максимально широкий материал.По сути дела все продукты
духовной и материальной культуры рассматривались как знаковые образования,
и вполне понятно, что в трудах Ю.М.Лотмана эта широта дала о себе
знать»14. Основой для семиотических обобщений служили преобразованные
лингвистические понятия: «Вторичная моделирующая система» как надстройка
над естественным языком; «Значение», вытекающее, в широком смысле, из
другого фундаментального понятия — перекодировки (установления
эквивалентности); «текст» и «метатекст», соотносимые как некая
совокупность знаков и ее описание, как извне, так и изнутри — в последнем
случае имеется в виду автометаописание, и т. д. Важно с точки зрения
временной размытости периода учитывать то, что, к примеру, уточнение И. И.
Ревзиным такого, по идее пропедевтического понятия, как «предмет
семиотики», зафиксировано в 1971 г., но восходит к дискуссии,
развернувшейся в кулуарах 2-ой Летней школы 1966 г.15 Лингвистические
правила и, в частности, литературный материал, создавали во второй
половине 60-х гг. базис для трактовок культуры как наиболее широкой
моделирующей системы. Со штудиями по теории культуры сосуществовали
материалы, освещавшие внелитературную проблематику: вопросы поведения,
кинесики, теории игр16. Для Ю. М. Лотмана область теории культуры послужила
плацдармом для объединения различных языков описания — исторического,
теоретико-литературного, металингвистического — в единую систему,
оперирующую такими универсалиями, как КОД—ЯЗЫК—ГРАММАТИКА-
ТЕКСТ—КУЛЬТУРА—МОДЕЛЬ КУЛЬТУРЫ, где все лингвистические значения как бы
«вырастали из себя», становясь максимально широкими, релевантными для
описания любого тппа информации. Итоговой вехой в этом смысле послужила
подборка «Статей по типологии культуры» (1970—73) в которых культура
концептуально подразделялась на 2 типа «направленный преимущественно па
выражение» и «направленный преимущественно на содержание». Эти типы
описываются через следующие пары противопоставлений,
правильное/неправильное, система текстов/система правил, истинное/ложное,
символ/ритуал и т. п для культур, ориентирующихся на выражение, и
упорядоченное/неупорядоченное, эктро-пия/энтропия, культура/природа и т.
п. — для культур, ориентирующихся на содержание .17 Таким образом,
наблюдается отчетливый параллелизм между подходом Ю.М.Лотмана и рядом
других культурологических теорий, основанных на бинарном понимании культуры
Оппозиция культуры, ориентированной на символ и континуальное тождество, и
культуры, основанной на синтаксисе и логически- дискретном расподоблении, в
общем виде соогносится с такими известнейшими оппозициями, как
барокко/классицизм (Г. Вельфлин), культура В/ культура А (Ю. Кшижановский)
и т.д.
В указанном сборнике статей наряду с обобщением предшествующих
исследований была сделана заявка на изучение динамики компонентов культуры
и ее целого «Культура представляет собой механизм, который должен хранить
и передавать информацию, но одновременно и постоянно увеличивать ее объем
Постоянное самоусложнение является его законом. Поэтому культура должна
проявлять одновременно черты стабильности и динамизма, быть структурой и
не быть ею в одно и то же время.
3) Экспрессия знака (Semiotica sub specie historiae)
Таким образом, начало третьего, — наиболее продолжительного периода,
начавшегося в первой половине 70-х гг , может быть связано с введением
понятия «диалога» — смыслообразователя культуры В «Материалах Всесоюзного
симпозиума по вторичным моделирующим системам», который состоялся в Тарту в
1974 г , Ю.М.Лотман указывает на такое свойство культуры, как «поли-
глотиэм», предполагающий ее обогащение за счет неодинаковости множества
языков, как составляющих одну культуру, так и присущих ее различным
типам19 Презумпция поиска в качестве очередного операционального звена
выдвинула на первый план проблему динамизма, представлявшую собой способ
преодоления «канонизации» семиотики Фактически с середины 60-х гг научный
истеблишмент естественно подключал к своей нивелирующей системе
семиотическую теорию, отбрасывая при этом антиномическую природу знака и
его трансформационную функцию и концентрируясь на априорно задаваемых
гносеологических и аксиологических вопросах.20 Культура, рассматривавшаяся
Ю.М.Лотманом не просто как сумма информации, но как надындивидуальный
интеллект в вышеуказанных работах понималась как нечто производное от
общественной деятельности человека, как набор обособленных субститутов
реальности.21
В корне противореча утилитарному пониманию знаковой функции, подход Ю
М Лотмана предполагал знак как инфра- и гиперструктуру в первом случае знак
являлся биполярным блоком, встраивающимся в более сложный уровень, во
втором он мог пониматься как многоуровневый текст культуры, охватывающий
все, чго значимо О тексте и его принципиальном значении шла речь выше,
следует же добавить, что третий период развигия поня-гий был отмечен во
второй половине 70-х гг — противо-направленностью двух процессов
расслоением универсалистской тенденции на отдельные тематические разделы22
и, с другой стороны стремлением прийти к максимально широким категориям,
коррелирующим с механизмом текста В качестве конвенциональною предела такой
категорией выступает СЕМИОСФЕРА — «некий семиотический континуум,
заполненный разнотипными и находящимися на разных уровнях организации
семиотическими образованиями».23
К
| |  скачать работу |
Формализм как школа |
