Старообрядчество на Руси
зверя. Смысл всех этих богословских рассуждений
заключался в одном: антихрист уже пришел в мир и воцарился в Москве,
следовательно, и конец света не за горами.
Эти богословские выкладки доходили в своеобразном виде и до
крестьянства. Крестьянству были чужды споры о правильности или
неправильности старых богослужебных обрядов, значения которых оно не
понимало. Но уничтожение «старой веры» явилось для него своего рода
завершением уничтожения всех «старых вольностей». Поэтому значительная
часть крестьянства согласилась в оценке реформы Никона с идеологами
старообрядчества, тем более что уверенность в близком конце света давала им
некоторую надежду на быстрое избавление от страшной нужды и бедствий.
Уверовав в истинность предсказаний о приближающемся светопреставлении,
сторонники «старой веры» стали деятельно к нему готовиться. С 1668 года
крестьяне забросили все полевые работы, а с наступлением 166У года многие
из них были охвачены паникой. Ждали, что будет «трус земной», солнце и луна
померкнут, звезды упадут на землю, а огненные реки пожрут всю «тварь»
земную. В Поволжье, например, крестьяне забросили пашни и ушли в леса. Одни
«запощевались» (запостились) до смерти, другие заготовили себе гробы, чтобы
лечь в них перед вторым пришествием, и исповедались друг перед другом.
Ожидание конца света принесло крестьянам и их помещикам полное разорение,
но не принесло ожидаемого спасения.
Однако даже обманутые надежды не могли поколебать эсхатологии
старообрядчества, ибо условия, породившие ее, не только оставались в силе,
но даже продолжали обостряться. Аввакум заявил, что «последний черт еще не
бывал», что «Илья и Енох прежде придут». По его словам, произошла простая
ошибка в расчетах: считали со дня рождения Христа, а надо было считать со
дня его воскресения. Поэтому нужно к 1666 году прибавить 33 года земной
жизни Христа, и тогда получится 1699 год - год пришествия антихриста, а
конец мира будет через три года, в 1702 году.
Антихристология не только не отступила на задний план, но и еще более
усилилась в связи с правительственными репрессиями, которые ее подогревали
и поддерживали. В конце XVII - начале XVIII века антихрист-логические идеи
старообрядцев нашли новую питательную почву в реформах Петра I. Ревизия и
подушная подать, окончательно уничтожавшие последние свободные элементы в
деревне, кровавые стрелецкие казни, перенимание иноземных обычаев и одежды,
бритье бород у бояр и многое другое - все это наводило фанатично
настроенных людей, какими были старообрядцы, на мысль о воцарении на
русском престоле антихриста.
«Выписана история печатна о Петре Великом», исходящая из
старообрядческих кругов, доказывала, что антихрист - это Петр I. «Той же
лжехристос, - говорилось в ней, - учини описание народное, исчисляя вся
мужска пола и женска, старых и младенцев, живых и мертвых, возвышаяся над
ними и изыскуя всех, дабы ни един не мог скрытися от рук его, облагая их
даньми великими - не точию на живых, но и на мертвых». Уже в конце XVII
века положение о воцарении в мире антихриста получает в старообрядчестве
силу догмата, определявшего отношение к «миру», т. е. к крепостническому
государству.
Характерной чертой старообрядчества становится в этот период резкое
противопоставление «истинно верующих христиан» (т.е. старообрядцев) «миру»,
в котором воцарился антихрист. Истинно верующим строго предписывалось
воздерживаться от какого бы то ни было общения с «мирскими» -
представителями «мира антихриста» - в еде, питье и молитве. С этого времени
в старообрядчестве усиливается проповедь ухода от «мира», в котором якобы
воцарился антихрист. Вопрос о том, как спастись от погибели, от
причастности к «миру» антихриста в старообрядчестве конца XVII - первой
половины XVIII века разрешался двояким образом: путем добровольной смерти
либо путем бегства от «слуг антихристовых».
Самые фанатичные и последовательные сторонники староверия избирали
наиболее «верный» путь на небо - добровольную смерть, главным образом через
самосожжение. Самосожжение, получившее распространение преимущественно у
крестьян Севера и Сибири, носило характер очистительного религиозного акта.
Его проповедники утверждали, что мало уйти от антихриста в «пустынь», нужно
еще и очиститься от его скверны и искупить временное общение с ним. Первый
акт такого очищения - «крещение в Ердане» (т. е. в любой реке), второй -
«неоскверняемое крещение огнем». Самосожжение нужно для того, чтобы «не
погибнуть зле духом своим», т. е. чтобы спасти от зла, искупить и очистить
свою душу. Это искупление и очищение производится огнем, очистительная сила
которого неразрушима, ибо огонь не только смывает нечистоту, но и
окончательно уничтожает ее. Очень важно было сгореть «своей волею», ибо
только в этом случае искупительный акт имел свою силу. Немалую роль в
пропаганде самосожжений сыграл, несомненно, Аввакум, писавший о первых
самосожженцах, что им «воистинно будет добро». «На что путче сего? - поучад
он в одном из своих послании. - С мученики в чин, со апостолы в полк, со
святители в лик, победный венец, сообщник Христу, святей троице престолу
предстоя со ангелы и архангелы и со всеми бесплотными, с предивными роды
вчинен. А в огне том здесь небольшое время потерпеть, аки оком мгнуть, так
душа и выступит».
И вот начиная с 1676 года, т. е. вскоре после подавления восстания С.
Разина и сразу же после подавления Соловецкого восстания (здесь,
несомненно, мы имеем не просто совпадение во времени, а закономерную
связь), запылали срубы, скиты и церкви с самосожженцами. Фанатичные
сторонники «старой веры» горели семьями и целыми деревнями, в некоторых
случаях число сгоревших превышало тысячу человек. По приблизительным
подсчетам, к началу XVIII века сгорело 8834 сторонника «старой веры»,
причем почти все «гари» 70 - 80-х годов происходили добровольно, без какого-
либо вмешательства извне. С 1700 по 1760 год в результате самосожжений
погибло еще 1332 фанатика-старообрядца, и лишь позднее число жертв этой
изуверской формы протеста сокращается. Всего, по мнению некоторых авторов,
сгорело около 20 000 сторонников староверия.
Естественно, что на путь крайнего фанатизма могла встать лишь
сравнительно небольшая часть старообрядчества. Основная же масса его
сторонников, спасаясь от преследований и репрессий царского правительства,
предпочла бегство в «пустыни», на незаселенные, труднодоступные окраины
России - в Поморье и Заволжье, на вольный Дон и на Яик, в пограничные с
Польшей уезды Черниговщины. Отдельные волны старообрядческой колонизации
направляются на Урал и в Сибирь. Бегут старообрядцы и за русские рубежи - в
Турцию, Австрию, Польшу и Швецию. Там, в пустынных или малозаселенных
местах основали они свои колонии - слободы, починки и скиты, многие из
которых превратились впоследствии в промышленные и торговые центры.
Лишь после 1685 года правительство обратило внимание на бегство
тяглецов и их самосожжения и начало посылать специальные воинские отряды
для розыска беглых старообрядцев, причем им давались особые инструкции на
тот случай, если беглецы вздумают «подпустить огня». Однако, как правило,
приход воинской команды служил сигналом к самосожжению, спасти же кого-либо
из бушующего пламени удавалось редко. Никакие правительственные меры не
оказывали нужного результата - бегство и самосожжения старообрядцев,
начавшиеся во второй половине XVII века, продолжались всю первую половину
XVIII века. «Так убегало и очищало себя, - писал Н. М. Никольский, - от
скверны антихристова крепостнического государства крестьянство».
Уже в конце XVII века складываются старообрядческие центры: Поморье,
Северо-Запад, Керженец, Старо-дубье, Ветка и Дон. Обосновавшиеся в новых
местах, укрытые от правительственного ока, старообрядцы имели возможность
осмыслить важнейшие для них вопросы об отношении к дворянскому государству
и господствующей церкви. Однако это отношение, выраженное в определенной
системе облеченных в религиозную форму положений, не могло уже в конце XVII
- начале XVIII века быть единым для всего старообрядческого движения,
поскольку к этому времени довольно четко выявились расхождения и различия
между общественными группами, которые были в него вовлечены. Основными
движущими силами в старообрядчестве по-прежнему были посадские люди и
крестьянство. Между ними не было и не могло быть полного единства в
вопросах об отношении к феодально-крепостническому строю. Не было его и
внутри каждой из этих социальных групп.
Среди посадского населения второй половины XVII века наметилось
довольно четкое разделение по экономическому признаку. Это, с одной
стороны, «лучшие люди», среди которых выделялась своим богатством наиболее
привилегированная часть - гости, гостиная и суконная сотни, а с другой
стороны, «молотшие», среди которых были ремесленники и мелкие торговцы. Еще
ниже «молотших» находились на имущественной лестнице «самые молотшие»,
«худые», «с
| |  скачать работу |
Старообрядчество на Руси |
