Главная    Почта    Новости    Каталог    Одноклассники    Погода    Работа    Игры     Рефераты     Карты
  
по Казнету new!
по каталогу
в рефератах

Маргиналы



 Другие рефераты
Макс Вебер как создатель концепции рациональной бюрократии Макс Хоркхаймер Маргиналы и их социальные интересы Особенности организации маркетинга в банках

НГУ



                            Кафедра    социологии



                                   Реферат



       Тема:                           Маргиналы



        Выполнил:



         Группа:


          Принял:



                                    1999
                                  СОДЕРЖАНИЕ


1.       Вступление
            -   3

    2. Причины дезорганизованности и их
                              преодоление
             -  4

3.       Классовая маргинализация
 -  12

4.       Стереотипы господства и подчинения
                                человека
                 -  19

 5.       Маргинальность и право
   -  22

                  Литература



                                                        1.ВСТУПЛЕНИЕ

         Понятие  маргинальности  служит  для   обозначения   пограничности,
периферийности или промежуточности по  отношению  к  каким  либо  социальным
общностям (национальным, классовым, культурным). Маргинал,  просто  говоря,—
«промежуточный»  человек.  Классическая,  так  сказать,   эталонная   фигура
маргинала — человек, пришедший из села в город  в  поисках  работы:  уже  не
крестьянин, еще не рабочий; нормы  деревенской  субкультуры  уже  подорваны,
городская субкультура еще  не  усвоена.  Главный  признак  маргинализации  —
разрыв социальных связей, причем  в  «классическом»  случае  последовательно
рвутся экономические, социальные и духовные связи. При  включении  моргинала
в новую  социальную  общность  эти  связи  в  той  же  последовательности  и
устанавливаются, причем  установление  социальных  и  духовных  связей  как,
правило, сильно отстает от установления связей экономических.  Тот же  самый
мигрант, став рабочим и приспособившись к  новым  условиям,  еще  длительное
время не может слиться с новой средой.
      В отличии от «классической»  возможна  и  обратная  последовательность
маргинализации. Объективно  все  еще  оставаясь  в  рамках  данного  класса,
человек теряет его  субъективные  признаки,  психологически  деклассируется.
Ведь деклассирование — понятие прежде всего социально-психологическое,  хотя
и имеющее под  собой  экономические  причины.  Воздействие  этих  причин  не
является  прямым  и   немедленным:   объективно   выброшенный   за   пределы
пролетариата безработный  на  Западе  не  станет  люмпеном,  пока  сохраняет
психологию класса и прежде всего его трудовую мораль. У  нас  в  стране  нет
безработицы, но есть  деклассированные  представители  рабочих,  колхозников
интеллигенции,  управленческого  аппарата.  В  чем  их  выделяющий  признак?
Прежде  всего— в отсутствии своего  рода  профессионального  кодекса  чести.
Профессионал не  унизится  до  плохого  выполнения  своего  дела.  Даже  при
отсутствии материальных стимулов настоящий рабочий не сможет работать  плохо
— скорее он откажется работать вообще!  Физическая  невозможность  халтурить
отличает кадрового рабочего-профессионала  (так  же  как  и  крестьянина,  и
интеллигента) от деклассированного бракодела и летуна.



                     2. ПРИЧИНЫ ДЕЗОРГАНИЗОВАННОСТИ И ИХ
                                 ПРЕОДОЛЕНИЕ

    Привычку  к  расхлябанности,  дезорганизованности  порождает  множество
 причин. Кратко проанализируем основные из них.
      Первая  мировая  война  усилила  в  социальной  структуре  российского
общества маргинализационные процессы.  Едва  ли  не  в  наибольшей  степени
затронули они рабочий класс. Что он представлял из  себя  до  войны?  Общая
численность (без  членов  семей)  —  15  миллионов  человек,  в  том  числе
промышленных рабочих — только 3,5 миллиона, из них кадровых  —  600  тысяч.
Именно эта группа в силу своих особых качеств составляла главную социальную
базу большевистской партии. И  период  войны  значительная  часть  кадровых
рабочих были призвана в действующую армию (в Петрограде, например, тридцать
процентов), а на смену им  пришли  далеко  не  лучшие.  Ленин  неоднократно
отмечал, что в  период  войны  фабрично-заводское  производство  привлекает
«всех, спрятавшихся от войны, босяцкие и полубосяцкие элементы, проникнутые
одним желанием «хапнуть» и уйти». [1, с275]
   Последовавшая  за  революцией  гражданская  война  привела  к  взаимному
 истреблению наиболее активных элементов российского общества,  составлявших
 культурное меньшинство народа. Это в полной мере  относится  и  к  рабочему
 классу:  из  гражданской  войны  и   сопутствовавшей   ей   разрухи   вышел
 «пролетариат,  ослабленный  и   до   известной   степени   деклассированный
 разрушением  его  жизненной  основы—крупной  машинной   промышленности...».
 [2,с10] «...Неслыханные кризисы, закрытие фабрик привели  к  тому,  что  от
 голода  люди  бежали,  рабочие  просто   бросали   фабрики,   должны   были
 устраиваться в деревне и переставали быть рабочими». [3,  с 42]
    В августе 1920 года переписью  было  учтено  1,7  миллиона  промышленных
 рабочих (менее 50 процентов от их довоенной численности), из них кадровых —
 около 700 тысяч (по другим, скорее всего, более точным данным —  всего  350
 тысяч человек).  Некоторые  авторы  вполне  справедливо  увязывают  падение
 авторитета и влияния ленинской гвардии в партии с истончением слоя кадровых
 рабочих, являвшихся ее социальной базой и  источником  пополнения.  В  годы
 гражданской войны и военного коммунизма развал хозяйства и  деклассирование
 пролетариата сочетались  с  ростом  аппарата  хозяйственного  управления  и
 распределения: в 1921 году он  уже  в  два  с  половиной  раза  превосходил
 численность пролетариата — 4 миллиона чиновников, «полученных от царя и  от
 буржуазного   общества,    работающих    отчасти    сознательно,    отчасти
 бессознательно против нас». [4, с290]
  Основанием  социальной  структуры  общества   оставались   огромный   слой
патриархального  или   полупатриархального   крестьянства,   в   большинстве
бедного, а кроме того, не  поддающиеся  учету  массы  люмпенов,  выбитых  из
жизненной - колеи войной. И во главе этого общества —  партия,  пролетарская
политика которой «определяется не ее составом,  а  громадным,  безраздельным
авторитетом того тончайшего слоя, который  можно  назвать  старой  партийной
гвардией».[4, с20] Но и с этим «тончайшим слоем» далеко не  все  в  порядке.
12 ноября 1921 года один из руководителей ЦКК РКП(б) А.  А.  Сольц  писал  в
«Правде»:  «Долгое  пребывание  у  власти  в  эпоху  диктатуры  пролетариата
возымело свое разлагающее влияние на  значительную  часть  старых  партийных
работников. Отсюда бюрократизация, отсюда крайне  высокомерное  отношение  к
рядовым членам партии и к беспартийным рабочим массам,  отсюда  чрезвычайное
злоупотребление своим привилегированным  положением  в  деле  самоснабжения.
Выработалась и создалась коммунистическая иерархическая каста...».  В  одном
из  писем  известный  деятель  того  времени  X.   Г.   Раковский   упоминал
«автомобильно-гаремный фактор», «играющий  немаловажную  роль  в  оформлении
идеологии нашей советской партийной бюрократии».[ 5  ]  У  партийной,  элиты
складывался  своеобразный  групповой   навык,   выражавшийся   в   отрицании
общечеловеческих моральных ценностей, возведении в абсолют  волевых,  жестко
авторитарных методов, применимых только  в  условиях  гражданской  войны,  и
распространении их на все случаи жизни, полный отказ от собственного  «я»  в
пользу «партийной линии». Эта  мораль  в  дальнейшем  способствовала  успеху
сталинщины и последовательному уничтожению представителей  «старой  гвардии»
руками товарищей по партии, а  конечном  счете   безжалостному  обращению  с
массами трудящихся.
   Довольно  запутанные  отношения  сложились   у   партийной   верхушки   с
управленческим  аппаратом,  заимствованным  от  царского  режима.  Вот   что
говорил об этом Ленин на XI съезде РКП(б): «...Не хватает культурности  тому
слою  коммунистов,  который  управляет.  Но  если  взять   Москву   —   4700
ответственных коммунистов — и взять эту бюрократическую махину, груду,—  кто
кого ведет? Я очень сомневаюсь, чтобы можно  было  сказать,  что  коммунисты
ведут эту груду. Если правду говорить, то не  они  ведут,  а  их  ведут».[4,
с95]
   Итак, в начале  20-х  годов  социальная  структура  советского  общества
представляла из себя пеструю мозаику разных классов и групп,  «взрыхленную»
мировой и гражданской войнами, белым и красным  террором,  разрухой;  массу
людей, выбитых из колеи, с оборванными социальными связями, с  потрясенными
до основания моральными устоями. При этом, пожалуй, больше других пострадал
рабочий класс, который подвергся за эти три с половиной года  политического
господства   таким   бедствиям,   лишениям,   голоду,   ухудшению    своего
экономического положения, как никогда ни один класс в истории.  И  понятно,
что в результате  такого  сверхчеловеческого  напряжения  мы  имеем  теперь
особую усталость  и  изнеможение  и  особую  издерганность  этого  класса»,
«...Никогда не было так велико и остро бедствие этого класса, как  в  эпоху
его диктатуры».[3, с132]
    Много раз в последнее время ставился вопрос об альтернативах  сталинской
 модели казарменного социализма,  или  конкретнее,  о  том,  можно  ли  было
 сохранить нэп. Попробуем взглянуть на этот вопрос,  учитывая  прежде  всего
 динамику общественных процессов, движения классов, слоев, групп населения в
 стране. Кому и что сулила новая экономическая политика?
Нэп, введенный  партийным  руководством  вопреки  собственному  желанию  под
угрозой полного развала экономики  и  поголовного  крестьянского  восстания,
был не
12345След.
скачать работу


 Другие рефераты
Тірі ағзалардың бірлестіктері. Биоценоз, биотоп, биогеоценоз, экожүйе. Қоректену тізбегі – сукцессия
Имунитет пен лимфа
Учение Вернадского о Биосфере
Кварки


 

Отправка СМС бесплатно

На правах рекламы


ZERO.kz
 
Модератор сайта RESURS.KZ