Главная    Почта    Новости    Каталог    Одноклассники    Погода    Работа    Игры     Рефераты     Карты
  
по Казнету new!
по каталогу
в рефератах

Пушкин и Глинка



 Другие рефераты
Психолого-педагогические и организационные основы функционирования самодеятельного хорового коллектива Снифферы Работа над полифонией в классе баяна Развитие инструментальной музыки в эпоху романтизма. Творчество Ф. Шопена, Ф. Листа, Н. Паганини

Слово и музыка – два великих начала, две  стихии  искусства.  На  протяжении
многих веков они  непрерывно  взаимодействуют,  нередко  спорят  и  борются,
нередко  приходят  к  согласию  и  взаимопониманию.   Их   столкновения    и
примирения порой рождают шедевры  –  песни  и  романсы,  оперы  и  симфонии.
Поэтический текст способен придать музыке новое звучание;  он  обогащает  ее
смыслом,  оттенками  чувств,  красочностью  тембров.   Поэтому   не   каждое
стихотворение может стать  основой  музыкального  произведения:  оно  должно
быть по-особому мелодичным и  ритмичным,  должно  состоять  из  благозвучных
слов, которые легко поются.
Творчество композитора превращает стихотворение в музыкальное  произведение,
так поэзия становится частью музыки.
Талантливая   музыка   часто   становится   новым    открытием    известного
стихотворения, которое продолжает жить своей собственной жизнью так же,  как
и его музыкальный двойник.
Стихи Пушкина… Кто не восхищался ими? Совершенно  особое  ощущение  вызывает
их  красота,  их  певучесть,  присущая  им  поэтичность,   одухотворенность.
Соприкосновение   с   ними   оставляет   ощущение    чего-то    прекрасного,
гармоничного. Сколько раз поэзия Пушкина привлекала и продолжает  привлекать
композиторов! Сколько сочинений возникло в вязи с  ней!  Известно  около  70
романсов и песен, написанных на тексты поэта при его  жизни.  А  сколько  из
них сочинено потом? К этому надо добавить произведения других жанров…
Многие крупные  композиторы,  вдохновленные  бессмертными  стихами  Пушкина,
сами создали бессмертные  произведения.  Среди  этих  композиторов  почетное
место принадлежит Глинке.
Глинка безошибочно находит для каждого из девяти избранных им  стихотворений
нужную  жанровую  разновидность,  мудро   и   чутко   передает   не   только
воодушевлявшие поэта мысли и чувства, но и  самую  музыку  пушкинской  речи,
классическую  стройность  поэтической  формы.   Так,   миниатюрная   «Роза»,
напоминающая  экспромт  для  стихотворного   альбома,   сохраняет   характер
импровизации и в романсе Глинки, поражая в то же  время  тонкостью  передачи
пушкинских образов.
Для музыкального выражения  такой  же,  как  «Роза»,  изящной,  но  иной  по
настроению миниатюры «Адели» композитор пользуется одним из  жанров  бытовой
музыки  –  полькой,  придавая  ей  тот  весенний   колорит,   какой   присущ
стихотворению Пушкина.
«Заздравный кубок» и «Пью за здравие Мери» –  высокохудожественные   образцы
застольной песни, распространенной в городском быту  во  времена  Пушкина  и
Глинки. В них слияние стихов и  музыки  настолько  органично,  что  кажется,
будто они так и созданы были вместе. В «Признании» («Я  вас  люблю,  хоть  и
бешусь»)  Глинка  мастерски  передает  возбужденный   ритм,   «скороговорку»
пушкинского стихотворения.
«Я  здесь,  Инельзия»  уже  у  Пушкина  производит   впечатление   испанской
серенады, и  Глинка  совершенно  естественно  подчеркивает  эту  особенность
стихотворения,   придавая   мелодии   и    аккомпанементу    соответственный
национальный колорит.
Стихотворению «Ночной зефир» Пушкин дает подзаголовок  –  испанский  романс.
Глинка пишет  музыку,  которая  полностью  соответствует  указанному  поэтом
жанру. Вместе с тем она до тончайших оттенков передает
поэтическое противопоставление двух  образов:  спокойной  ночной  природы  и
взволнованного признания под звуки любовной серенады.
Наибольшую любовь и у певцов и у слушателей  справедливо  завоевали  романсы
«В крови горит огонь желанья» и «Я помню чудное мгновенье».
А.Н.Серов с полным основанием  говорит,  что  они  представляют  собой  «две
жемчужины музыкальные, вызванные двумя жемчужинами поэтическими».
«Изумительно яркая, кипучая страстность, - продолжает  он,  вспоминая  пение
Глинки, - пылала в каждом звуке коротенькой мелодии: «В  крови  горит  огонь
желанья». Во втором куплете:

                       Склонитесь ко мне главою нежной

Этот восточно-пылкий призыв любви  быстро  сменялся  столько  же  восточным,
тихим томлением неги. Совсем иной характер!..
Целая, чудно  законченная,  замкнутая  в  себе  поэма  любви  высказалась  в
романсе «Я помню чудное мгновенье».
Таланты двух корифеев русской культуры Пушкина и Глинки  объединены  в  этом
романсе. Возникло  произведение,  где  слово  и  музыка  слились  неразрывно
настолько,  что  почти  невозможно  произнести  пушкинские   строки   и   не
представить сразу же мысленно музыку Глинки.
Интересна история  стихотворения  и  романса.  Пушкин  посвятил  свои  стихи
А.П.Керн. Глинка был знаком с ее дочерью – Е.Е.Керн.  Знакомство  перешло  в
глубокую взаимную привязанность. Нежные  чувства,  которые  питал  Глинка  к
Керн, возбуждали его музыкальное воображение. С мыслями о ней были  сочинены
несколько пьес, в том числе поэтичнейший «Вальс-фантазия». Для  Керн  Глинка
написал романс «Я помню чудное мгновенье» на стихи, посвященные  ее  матери.
Этот романс – исповедь любящей души, пылкой и восторженной.
Сначала это воспоминание о встрече. Гибкая, пластичная, задушевная  мелодия,
поддержанная легким аккомпанементом, словно рисует перед нами  прекрасный  и
нежный женский образ.
Композитор следит за каждой мыслью поэта,  рисует  каждую  строку  отдельной
картиной, не нарушая между тем цельности формы и ее простой пластичности.
Строфа –


                       Шли годы. Бурь порыв мятежный –


и следующая:



                        В глуши, во мраке заточенья –


буквально  передавая  в  музыке  поэтический  смысл  стихов,   минорными   и
диссонансными  гармониями  выражают  настроение  души,  темное,   печальное,
безотрадное.
И вот снова возникает знакомый, милый образ. Это уже  не  воспоминание,  это
- встреча! Мелодия, которую мы слышали в начале романса,  теперь  становится
радостно взволнованной, и, кажется, что  только  так  и  можно  выразить   в
музыке настроение заключительного четверостишия:

                         И сердце бьется в упоенье,

                         И для него воскресли вновь

                         И божество, и вдохновенье,
                         И жизнь, и слезы, и любовь.



… Однажды, летом 1828 года,  Глинка  встретился  с  Грибоедовым.  Они  много
говорили о музыке. «Он был очень хороший музыкант», - отмечал позже  Глинка.
Грибоедов  сыграл  как-то  слышанную  им  мелодию  грузинской   песни.   Она
понравилась Глинке, который вскоре за тем развил ее в законченную пьесу и  в
присутствии  Пушкина  исполнил  своим   друзьям.   Один   из   современников
вспоминает:  «[Глинка]   играл   на   фортепьяно   грузинскую   мелодию   со
свойственным ему выражением и искусством. На замечания  присутствующих,  что
ей  не  достает  стихов…   для   всеобщей   известности,   Пушкин   написал…
стихотворение». Так возник романс «Не пой, красавица, при мне».
Романсы на стихи Пушкина были написаны в разные годы, и Глинка не  объединял
их в специальном  альбоме.  Однако  и  они  по  существу  составляют  высоко
художественный  цикл,  в   котором   каждый   романс   стал   совершеннейшим
музыкальным выражением пушкинской лирики.
В конце 1836  года  драматург  А.А.Шаховской  порекомендовал  композитору  в
качестве сюжета для новой оперы «Руслана и Людмилу» Пушкина.  Сам  Шаховской
уже дважды черпал  из  пушкинских  поэм  материал  для  волшебно-феерических
представлений.
Но Глинку насквозь театральная юношеская поэма Пушкина  увлекла  все  же  не
сразу.  О  совете  Шаховского  композитор  вспоминает,  когда  на  вечере  у
Жуковского Пушкин, упомянув о  «Руслане  и  Людмиле»,  заметил,  что  теперь
многое бы в нем переделал.
«Я желал узнать от него, - писал впоследствии композитор,   -  какие  именно
переделки он предполагал сделать, но  преждевременная  его  кончина  его  не
допустила меня исполнить этого намерения».
Ещё при жизни Пушкина Глинка задумал оперу по его юношеской поэме «Руслан  и
Людмила» (1820). Великий поэт заинтересовался этим замыслом  и  даже  принял
участие в обсуждении плана будущей оперы. Однако трагическая гибель  Пушкина
приняла наметившееся содружество. Первоначальный план  оперы  был  составлен
второстепенным поэтом и драматургом К. А. Бахтуриным (1809-1841), по  поводу
чего известно горестное восклицание Глинки: «Бахтурин  вместо  Пушкина!  Как
это случилось? – Сам не  понимаю».  Окончательный  текст  написан  поэтом  и
любителем музыки, приятелем композитора В. Ф. Ширковым.
В ноябре – только уже 1842 года – Большой театр извещает  о  премьере  новой
оперы Глинки. «Сегодня в пятницу, 27-го ноября, на Большом  театре:  «Руслан
и  Людмила»  волшебная  опера,  первое  представление»,  -  сообщает  газета
«Северная пчела».
                                 [pic]
Итак, Глинку  привлекла  русская  сказка.  Древняя  киевская  Русь,  храбрые
витязи, злые  и добрые волшебники, чудесные приключения героев  воодушевляли
фантазию композитора.
Чародеи,  богатыри,  всяческие  чудеса  были  обязательной   принадлежностью
многочисленных  русских  опер  начала  XIX  века,  за  что  их  и   называли
«волшебными». Так же назвал свою оперу и Глинка. Но, конечно, опера  «Руслан
и Людмила» стоит неизмеримо выше других опер тех времен.
Глинка в «Руслане и Людмиле» ни на один момент не допускает  поверхностного,
легкого отношения к главным персонажам оперы, к  их  судьбе,  хотя  элементы
шутливости в обрисовке героев имеются в юношеской поэме Пушкина  (она  вышла
в свет, когда поэту был 21  год).  В  
12
скачать работу


 Другие рефераты
Борьба за власть в СССР
САЛТ-ДӘСТҮРЛЕР МЕН ЫРЫМДАР
Кәсіпорын капиталының айналымы мен айналысы
Особенности современного развития техники


 

Отправка СМС бесплатно

На правах рекламы


ZERO.kz
 
Модератор сайта RESURS.KZ